Онлайн книга «Проклятие Гийома Завоевателя»
|
— Добрый день, мессир де Леви… – Годфруа услышал тихий и вкрадчивый голос старшего из монахов. Он оторвался от раздумий и посмотрел на прибывших агентов секретной королевской службы, переодетых монахами. — И вам, ребята, не болеть. А где, этот ваш, третий. Все никак не вспомню его имя… – поинтересовался де Леви. — И не надо вспоминать, мессир… – заметил один из монахов. – Я смотрю, у вас тут, прямо как дома… — Да. Домик аккуратный, улочка тихая… — У нас тоже есть новости, мессир… — Вот как? – Удивился де Леви. – Расскажете, или?.. — Секрета тут большого нет. – Ответил монах, присаживаясь рядом на скамью. – Вы не возражаете, если я присяду? Он не дождался ответа, сел на скамью, вдохнул упоительный весенний воздух, в котором витали ароматы цветущего сада, зажмурил глаза от удовольствия и произнес: — Какая погода! Просто прелесть! Вы еще не слышали новость, мессир де Леви?.. — Какую новость?.. – не понял де Леви. — Сын-бастард короля Генриха, граф Робер Глостерский, внезапно умер, отравившись сморчками или какими-то другими грибочками…. Такая, право, незадача!.. Годфруа удивленно посмотрел на монаха: — А, прости, Робер, зачем вам понадобился? Он же бастард и исключен из числа наследников короны решением синода английской церкви… — Так, на всякий случай… – невозмутимо ответил монах, словно разговор шел о засушенном для гербария листочке. – Папа может и передумать… — Понятно… – вздохнул де Леви. – Так, значит, на всякий случай… — Именно, мессир. От греха подальше. – Ответил, улыбнувшись, монах. Его улыбка больше смахивала на оскал змеи. – Кстати, наш третий человек уже служит штурвальным на королевском нефе… — Да? – Удивился Годфруа, посмотрев на монаха. – Значит… — Ровным счетом ничего, сеньор де Леви. – Перебил его монах. – Надо будет, позже, подготовить их к выходу в море. Это уже, пардон, ваша работа… Годфруа скривился и спросил: — Когда планируете?.. — К зиме… – ответил, подумав, монах. – Это самое удачное время. Шторма и всякая дребедень. Не дай Бог, если судно наскочит на прибрежные скалы…. Никто не спасется. — А ваш человек?.. — Вы хотели сказать – наш человек… – поправил его монах, снова улыбнувшись своей жуткой улыбкой змеи. — Да, да, наш… – поправился Годфруа. — Он знает, на что идет, – спокойно ответил монах. – К тому же, я обещал ему находиться поблизости от места крушения на фелюге и подобрать его… — И ты это сделаешь?.. – изумился де Леви. — Что вы, мессир. – Снова улыбнулся монах. – Одно дело пообещать, а другое дело… Он многозначительно поднял глаза к небу, давая понять, что исполнители вряд ли выживут. Оставлять ненужных и лишних свидетелей заведомая глупость. Годфруа ужаснулся спокойствию и выдержке этого человека, который, вот так, совершенно спокойно, мог решать и выбирать, кому жить, а кому нет. — Просто удивительно, как вы можете, вот так, просто говорить о смерти людей… – сорвалось с губ де Леви. Монах удивленно и с некоторым подозрением посмотрел на Годфруа: — Вы должны понять меня, мессир, смерть – это такая же простая вещь, как восход солнца или цветение яблонь. Слишком много уделять ей внимания не стоит. Да! Чуть не забыл! Один из наших помощников устроился смотрителем в Тауэр… — В Тауэр?.. – удивился де Леви. Он совершенно позабыл, что одним из слагаемых успеха этой операции служило состояние здоровья пленного графа Робера Куртгёза, которого держали пленником в башне Тауэра. – Нелегко, наверное, ему сидеть в каземате башни, которую построил его великий отец… |