Онлайн книга «Проклятие Гийома Завоевателя»
|
Годфруа сел на песок дорожки, бессильно опустив голову на грудь. Людовик, который до этого просто сидел и молча слушал их перепалку, подошел к де Леви, сел рядом с ним и обнял его голову, прижав к себе: — Прости. Я не знал… – Сказал тихо Людовик, прижимая голову Годфруа к себе. – Честно. Я не знал. Не знал…. Не знал… Сугерий подошел и присел возле них: — Ваше высочество. – Сказал он. – Годфруа! Поверьте мне, пожалуйста! Корона Франции окружена не только одними рыцарями. Ее окружают всякого рода подонки, мразь и сволочи. Простите, что мне пришлось так больно ранить душу честного рыцаря. Иного выхода у меня не было… Людовик посмотрел на него, потом на Годфруа. — Дальше то, что?.. — Только продолжить незаконченное дело… – ответил Сугерий, глядя на них. Людовик вздохнул, еще крепче прижал Годфруа к себе: — Ты – жестокий человек, Сугерий. Очень жестокий… — Сир. Иначе нельзя. Должен кто-то быть жестоким в нашем окружении… Людовик грустно ответил: — Да, похоже, что ты прав… Принц поднял де Леви и, глядя ему в глаза, сказал: — Прости меня. Но, помоги мне, лично мне, еще раз. Умоляю… Годфруа вздохнул: — Сир. Не надо умолять меня. Я сделаю все, что в моих силах. Даже больше…. Но,… только ради вас… Людовик заплакал. Он отвернулся и отошел к скамье, повалившись на нее. Годфруа посмотрел на Сугерия: — Довел-таки, принца…. Говори, что я могу делать для возвращения пергамента?.. — Все, что пожелаешь! Только помни… — Вы меня не знаете, никогда не видели. И вообще… – прервал его Годфруа. – Мне нужны гарантии для рыцарей и деньги… — Все это будет у вас, мессир. Когда вы хотите выезжать?.. – С радостью в голосе спросил Сугерий. — Еще вчера… – плюнул де Леви, повернулся и пошел к конюшням, где его ждал оруженосец и конь. Он обернулся и произнес. – Когда я вернусь, мне очень хотелось бы видеть головы тех мерзавцев, кто убил несчастного и верного рыцаря де Фиенна! Это, случайно, не те два монаха, что были со мной и моими людьми?.. — Нет. Это не они, Годфруа, я клянусь… — Не клянитесь, монсеньор! Жаль, что это не они… Годфруа расправил плечи, поднял голову и спокойно пошел, оставляя принца и Сугерия. Сугерий молча поклонился ему вслед, незаметно перекрестил уходившего рыцаря. Когда Годфруа завернул за угол дворца, Людовик поднялся со скамьи и, подойдя к Сугерию, спросил его: — Почему ты такой страшный человек? Почему, Сугерий? Когда ты стал таким? Помнишь, как мы с тобой спорили в библиотеке монастыря Сен-Виктор? Помнишь, как строили большие планы на будущее? Зачем ты переломал парня, не дав ему толком повзрослеть? Зачем ты стал таким?!.. Сугерий не отвел взгляда от стальных глаз принца. Его лицо побелело, приобретя какой-то серовато-стальной оттенок, скулы напряглись: — Сир. Кто-то должен был стать страшным, плохим и жестоким. Кто-то должен был принять на свои плечи и душу бесконечное количество грехов, подлости и ужаса. Кто-то должен был стать таким, сир. К несчастью, принц, мир состоит не только из прекрасных и великодушных рыцарских жестов. Мир соткан из всевозможной пакости, грязи и откровенного дерьма. Считайте меня, своего рода, лекарем, практикующим только выдирание зубов. Но, сир, поверьте, что эти зубы я выдираю у ваших врагов, врагов вашего отца, врагов короны… |