Книга Прыжок леопарда, страница 111 – Виктор Бушмин

— Спасибо за комплимент. – Клитон несколько смутился, но снова собрался с мыслями, скачущими в его голове, и продолжил. – Чем, в основном, кроме наемничества, занимается Фландрия?.. – он не дождался ответа и произнес. – Ткачеством, переработкой английской шерсти и сукноделием! Именно! Значит, если мы даруем коммунальные вольности городам… – Гильом поднял глаза к небу и, шевеля губами, стал перебирать что-то в своей памяти, – на манер Лоррисской хартии. Или на манер хартии Лана, дарованной Людовиком Шестым ее неспокойным жителям. Этим, брат мой, мы разом лишим Тьерри подпитки в деньгах и воинах и, соответственно, получим или нейтральных или, чего бы мне больше всего хотелось, послушных и верных подданных, платящих мне за свои права и вольности денье, ливры и поставляющих исправных ополченцев, всадников и инжениаторов для осадных дел!..

— Это ты о какой хартии говорил? Лан, если не ошибаюсь, пару раз восставал и Людовик, году этак в 1112-м, помнится мне из истории, так покарал его, что маме не поздоровится! Да и Орлеан, помнится, тоже!..

— Э-э-э, – успокоил его Гильом, – Орлеан, это, брат, совсем другое дело! Это, сам понимаешь, королевский и опорный для всего домена город, в нем нечего было даже и думать, чтобы всякие там вольности и хартии устанавливать! А вот Лан, это совсем другое дело!..

— Тогда почему его Людовик штурмовал?..

— Эх, чудак-человек! – Гильом задумался. После чего ответил. – Там епископ был, пройдоха и мздоимец еще тот! Родом из норманнов, участвовал в первом крестовом походе, откуда привез себе негров-рабов, сколотил из них отряд и истязал всех, кто попадется! Только и разговаривал, что об охотах, соколах, да крестовом походе, замучил всех, просто слов нет! Денег, как всегда, ему не хватало, да и вел он себя по отношению к королю, сам понимаешь, как… – Клитон хитро подмигнул. – Епископ, между прочим, сам первый и подписал хартию для Лана, соблазнившись звонкой монетой, а, поиздержавшись, передумал. Людовик, поначалу, и сам подписал коммунальную хартию, прельстившись ежегодной суммой в триста, если не ошибаюсь, полновесных ливров серебром. Этот пройдоха-норманн, хотя он и был моим очень дальним родичем, правда, не пойми по какой там линии, – Клитон засмеялся, – стал грызть ногти, вспоминая о былых временах произвола, упросил Людовика, нашего короля, аннулировать коммуну, заплатив тому семьсот ливров сразу! Вот наш добрый сюзерен и пожег Лан. Только и всего. Правда, позднее, кстати, всего лишь месяц назад, Людовик снова даровал коммунальную хартию Лану! Вот так, брат мой де Леви! Политика!..

— Знаешь, что я обо всем этом думаю? – Задал вопрос Филипп. Гильом заинтересованно посмотрел на него. – Это мне напоминает аукцион барышников, наперебой расхваливающих своих кляч!..– Он с силой хлопнул ладонью по столу. Одна из чернильниц подскочила и, упав, перевернулась, выливая четную тушь на дубовые доски стола.

— Эй, осторожней будь! – Гильом кинулся вытирать рукавом своего гамбезона тушь со стола, опасаясь, что она испачкает пергаменты. – Здоровый бугай! У тебя руки словно кувалды!..

— Прости, увлекся… – извинился де Леви.

— Ладно, мой увлекающийся друг. – Клитон забыл уже об этой досадной промашке своего товарища. – Я уже подготовил коммунальные хартии жителям Лилля, Гента, Брюгге, Арденбурга, Бетюна, Теруанна, и Сент-Омера. Подождем с месяц, отсидимся в Генте, а там, будь уверен, ты обалдеешь от результата!..