Онлайн книга «Граф Таррагона»
|
Противник, не ожидавший такого резкого и резвого отпора, немного растерялся и позволил де Леви сблизиться на расстояние ближнего боя. Удары посыпались на рыцаря, Филипп вертелся на коне, как волчок, то и дело, переводя жеребца из стороны в сторону резкими ударами шпор и натяжением поводьев, он даже вышиб из седла двух и, кажется, немного ранил спешенного воина, придавив того копытами своего коня. — Убивайте его! Нам надо догнать их! – крикнул отец похищенной девушки. – Гарсия, Диего! Выстрелите в него из самострела!.. Филипп бросил резкий взгляд в сторону – два воина, отваливали от схватки и стали вытаскивать из седельных сумок арбалеты, намереваясь расстрелять его почти в упор. Рыцарь пришпорил коня, сближаясь с де Лопесом и затрудняя его стрелкам стрельбу – ведь они могли ранить своего хозяина вместо де Леви. Словно заведенный, он сыпал своим мечом направо и налево, обрушивая на щиты и головы врагов сокрушительные удары, но чувствовал, что с каждым из них его силы ослабевают. Максимум, на что он мог рассчитывать – минут пять или десять такого напряженного ритма ударов. Он уже мысленно стал прощаться с жизнью, когда услышал резкий свист и крик своего товарища Робера, выскочившего из рощицы на коне и спешившего ему на помощь. — Назад! – закричал де Леви, понимая, что его друг сейчас попадет под обстрел из арбалета, ведь именно он был нужен отцу украденной девушки, ведь только кровь могла смыть позор с их семьи. – Робер! Назад!!!.. Отец Агнессы увидел того, кто и был нужен ему для удовлетворения своей мести. Он приказал своему стрелку: — Убей его!.. Филипп резко разворачивал коня и пытался выскочить наперерез линии стрельбы. Он надеялся, что, хотя бы на этот раз ему удастся изменить ход судьбы. Словно в замедленном сне он отчетливо увидел, как арбалетчик прицеливается, спускает скобу, удерживающую натянутую тетиву, толстый арбалетный болт выскакивает из ложа и устремляется по направлению к скачущему Роберу, который. Как назло, именно в этот момент он услышал крик де Леви и осадил коня, пытаясь развернуться, превращаясь в удобную и неподвижную мишень. — Не-е-е-е-ет!!!.. – закричал Филипп, увидев, как его друг и приятель Робер, словно от толчка о невидимую преграду, резко заваливается на спину и, роняя меч и поводья, медленно падает на землю. — Уходим! Месть завершилась!!!.. – закричал отец Агнессы, разворачивая своего коня. Нападавшие вместе с ним воины поскакали вслед за своим командиром, оставляя де Леви на поле боя. Противники резко развернули своих коней и, не забирая раненых или убитых, бросились наутек. Филипп подскакал к телу Робера и, спрыгнув с седла, присел возле него, стащил с головы раненого нормандца шлем, нагнулся и попытался расслышать его дыхание. Робер открыл глаза, было видно, как быстро холодеет и стекленеет его взгляд, а лицо, бывшее красным от напряжения, медленно сереет и приобретает мраморную холодную белизну. — Филипп, прости меня… – прошептал он. Де Леви схватил голову друга и, прижав ее к груди, простонал: — Робер, друг мой, не надо, не уходи… Нормандец закрыл глаза и потерял сознание, потом, очнувшись, попытался изобразить улыбку, но его посеревшие и синеющие губы не слушались: — Защити Агнессу… – из уголка его правого глаза вытекла слезинка и скользнула вниз по щеке, оставляя за собой мокрую полоску. – Я ведь даже… – он собрался с силами и произнес, – всего лишь поцеловал ее, даже не прикоснулся к ней… |