Онлайн книга «Граф Таррагона»
|
Крестоносцы и Исмаил, каким-то немыслимым чудом сумели пробиться сквозь плотные ряды мусульман и теперь, не жалея коней, уносились прочь от места боя. Когда они скрылись в лесу, Исмаил нагнал передовых всадников и, взмахнув рукой, закричал: — Скачите к базе! Передайте всем, что повелитель схвачен врагами! Надо срочно двигаться на город!.. Рыцари с недоверием и растерянностью посмотрели на него. Старый воин, нахмурившись, гневно нахмурил брови и прибавил: — Клянусь Аллахом! Мой повелитель и мой возлюбленный сын Абдалла попали в руки врагов! Если они погибнут, – Исмаил решительным взглядом посмотрел на рыцарей, – ни один из вас не уйдет живым из этих мест, если к исходу сегодняшнего дня отряды не подойдут к Таррагону!.. – он прикоснулся рукой к своему лбу, губам и сердцу. – Я, Исмаил-бен-Рания, не привык пустыми словами и клятвами тревожить слух Творца! Живее!!!.. Один из рыцарей выехал вперед и произнес: — А вы-то, что собираетесь делать?!.. Исмаил закрыл глаза, вздохнул и, открыв глаза, ответил: — Подниму всех людей, пойду к муллам и войду в Таррагон! Я уже дал клятву своему повелителю… — Мы сделаем все возможное… – рыцарь бросил взгляд на своих оставшихся в живых товарищей – те молча кивнули головами, поддерживая его слова, – и невозможное тоже… — Аллах вам в помощь. Пусть у ваших коней вырастут крылья… – Исмаил развернул коня и, призывая за собой своих людей, ускакал прочь, оставляя воинов-христиан… Мансур-бен-Джамаль был обрадован стол неожиданной и быстрой победе. То, что части неверных удалось вырваться, лишь на мгновение омрачило его. Он поднялся вверх по склону оврага и увидел горстку воинов противника, окруженных плотным кольцом своих опытных и проверенных в боях солдат. Его наметанный взгляд сразу же узнал нескольких мусульман, затесавшихся среди кучки неверных. Это были кавалеристы из личного стяга Исмаила-бен-Рания. Самого же старика, увы, не было среди них. Он подъехал ближе и, сложив ладони рупором, прокричал, обращаясь к окруженным воинам: — Именем моего грозного и правоверного повелителя, милосердного и беспощадного к врагам веры эмира тайфы Таррагона Насира-бен-Мансура, я, Мансур-бен-Джамаль, советую вам сдаться на милость и милосердие!.. — Да пошел ты и твой хозяин в задницу!.. – выругался Хуан, оказавшийся среди окруженных воинов. – Плевать мы хотели на твои слова! Возьми нас сначала, а уж потом бахвалься, собачий пустозвон!.. Окруженные воины громко засмеялись, поддержав слова своего товарища. Этим, пусть и безрассудным жестом, они хотели показать врагу, что дух их не сломлен и они очень дорого продадут свои жизни. Мансур подозвал своего сотенного командира и, кивнув головой в сторону Хуана, шепнул: — Этого языкастого взять живым! Я лично освежую и сдеру с него шкуру. – Сотенный кивнул головой. – Там, – Мансур посмотрел в центр круга, образованного воинами противника, – вон, смотри, – он указал пальцем на высокого рыцаря без шлема, одетого в желтый сюркот, – стоит их предводитель! Его тоже взять живьем… — Понял, хозяин… – кивнул немногословный командир сотни. – Остальных можно… – он провел рукой по горлу. — Ты все правильно понял, Мустафа… – Мансур хлопнул его по плечу. – За это я и ценю тебя… Сотник развернул коня и ускакал к своим воинам, окружившим отряд де Леви… |