Книга Узник Кардиффа, страница 75 – Виктор Бушмин

В этот момент Абдалла, стоявший возле них, подошел к герцогу, снял со своей спины круглый сарацинский щит с красивой чеканкой и золочением, встал на одно колено перед де Леви и, протягивая свой щит, предложил:

— Хозяин, я не смею предложить свой верный щит столь отважному и знатному господину. Извольте принять мой дар от чистого сердца и лично предложите великому паладину надеть мой щит для защиты…

Герцог удивленно и, можно сказать, с нескрываемым восхищением посмотрел на молодого сарацина, перевел свой взгляд на де Леви и произнес:

— Признаться, шевалье, я тронут благородством вашего сарацина. Возле Дорилеи, под стенами Антиохии и в Богом благословенном Иерусалиме я знавал лишь их добрые ятаганы, бивших нескончаемым градом мой шлем, кольчугу и щит, но сегодня я воочию увидел их благородство, которое, увы, уже не так часто можно встретить среди наших единоверцев. – Он лично принял щит из рук Абдаллы, ловкими и проверенными движениями забросил его за спину, повернулся к нему и, кивнув головой, сказал. – Помоги-ка мне подтянуть его ремешки, как следует!..

Абдалла быстро помог герцогу удобно пристроить свой щит, чтобы тот не стеснял движений герцогу и, вместе с этим, не болтался на спине, создавая неудобство и при сражении или отходе.

Один из сарацин, стоявший у них за спиной молчаливой статуей, подошел к Абдалле и что-то тихо прошептал тому по-арабски.

— Хозяин! – Лицо Абдаллы озарилось улыбкой надежды. – За старым полуразвалившимся оружейным складом есть какая-то калитка, через которую можно незаметно выйти к берегу моря возле западной стены городка… – Он увидел, как вздрогнуло и побледнело лицо рыцаря Гильома, которого Арнульф только что закончил связывать. Абдалла подошел к нему, наклонился и, заглядывая в глаза, медленно спросил на франкском языке. – Я прав?..

Рыцарь отвел глаза в сторону, но ничего не ответил. Тогда Абдалла резко выхватил из-за пояса свой длинный кривой кинжал, но Филипп остановил его:

— Прекрати, Абдалла. Я дал слово…

Сарацин что-то тихо прошептал на своем языке, засунул кинжал за пояс и с равнодушно-спокойным видом отошел от пленного.

— Я знаю об этой калитке… – дрожащим от волнения голосом произнес Арнульф. – Она заросла бурьяном, тропу размыло дождями. На ней можно запросто свернуть себе шею…

— Она выходит к стене? – Филипп посмотрел на англичанина.

Тот замялся и после небольшой паузы ответил:

— Она подходит к стене. Но стена в западной части города далеко заходит в море…

Гуннар, до этого момента сопевший от расстройства, что его план рассыпался, так и не удавшись, обрадовано затряс своей белокурой шевелюрой и едва не закричал от переполнявшего его чувства радости:

— Граф! Так сегодня отлив! Мы попробуем по отмели выбраться!..

Филипп посмотрел на него, перевел взгляд на Куртгёза, потом на Абдаллу и Арнульфа, после чего скомандовал:

— Бегом вниз! Забираем лошадей и к калитке… – Он посмотрел на Гуннара. – Спеши к своим викингам, пусть обстреляют зажженными стрелами подходы к замку, да запалят ближайшие домишки… – Скандинав обрадовано кивнул и побежал вниз. Филипп прокричал ему вдогонку. – Будете прикрывать наш отход!..

Они с осторожностью стали спускаться вниз по винтовой лестнице донжона. Едва Абдалла, возглавлявший группу, вышел на высокое, на уровне второго этажа, крыльцо, как над его головой с противным воем вонзились несколько арбалетных болтов.