Онлайн книга «Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона»
|
— Отнюдь, сын мой. Нам еще предстоят ночное бдение и покаянная беседа. Судя по твоему бравому виду, мессир крестоносец, нам есть, о чем поговорить… — Это точно, святой отец, – кивнул Бушар, – нагрешил я, признаться, не дай Боже всякому… — Ничего, сын мой, – аббат приказал ему встать и следовать за ним в исповедальню, – свой первый шаг на пути к Господу ты уже сделал… Бушар встал и, косясь на Ги де Леви, пошел за аббатом. Сенешаль пожал плечами и подмигнул ему. Де Марли громко вздохнул, обреченно взмахнул рукой и побрел за аббатом, как шалун за строгим наставником, приготовившим ему розги. После небольшого отдыха и обеда сенешаль вышел во внутренний двор аббатства, чтобы еще раз проведать своих раненых воинов и утешить их, попытавшись сгладить боль, причиненную ранами и проявить отеческую заботу, ведь все они были воинами его отряда, и именно он нес за них ответственность. Раненые воины радостно встретили своего командира, они храбрились, выказывая презрение своим ранам, что немного успокоило сенешаля. Только состояние тяжелораненого Артура де Беллем серьезно тяготило Ги. Возле него, лежавшего на постели без сознания, суетились несколько монахов. — Благослови вас Господь, божьи люди… – тихо произнес сенешаль, остановившись возле постели рыцаря. — На все воля Господня… – грустно ответил один из монахов, сухонький старичок, чей возраст было трудно определить. — Как дела у нашего славного рыцаря де Беллема? – С надеждой в голосе спросил Ги. — Не совсем плохи, как мы полагали, сеньор рыцарь. – Тихо ответил монах. – Наши скромные познания в лечении ран дали, с Божьей помощью, лучик надежды, что мессир де Беллем имеет шанс на спасение… — Неужели? – Вскрикнул сенешаль. – Господи! Счастье-то, какое… Монах перекрестился и ответил: — На все, сеньор, воля Божья. Сначала, нам показалось, что рыцарь, все же умрет. Стрела крепко засела в его теле возле печени… — Возле? – Переспросил сенешаль. – Мне показалось, что она вошла точно в нее… — Нам тоже. Но, присмотревшись к его глазам, пощупав тело, мы поняли, что она задела только краешек печени. Кровь уже перестала течь… — Господи! Матерь Божья! Неужели, такое возможно? — Видимо, у Отца Небесного есть иные планы на мессира Артура… – осеняя себя крестом, ответил монах. – Мы извлекли обломок стрелы и забинтовали рану, переложив повязки травами и подорожником… — Вы просто кудесники, святые отцы… — Монах укоризненно посмотрел на сенешаля: — Мессир! Такие слова негожи для христианина! Святые люди и слуги церкви не могут быть кудесниками! Это все – от лукавого, сын мой… — Ой, простите меня, отче. Взял грех на душу, прости меня Господи… – испугался сенешаль. — Ничего, сын мой, мы отмолим твой грех… – ему что-то прошептал один из монахов. Старик повернул голову к сенешалю и произнес. – Мессир, раненому нужен покой. Наши громкие голоса потревожат сон рыцаря. А сон для него сейчас – самое лучшее и действенное лекарство… — Простите, отче. Я беспокоюсь за него. Он, как и все воины, словно дети для меня. Взяв их с собой, я возложил ответственность за них, их здоровье и жизни на себя… — Похвальные слова, рыцарь. Они делают честь вашему благородству и показывают чистоту вашей души… Раненый застонал, и что-то произнес в бреду. Монах жестом показал сенешалю, что ему необходимо выйти из кельи: |