Книга Маршал веры. Книга третья, страница 32 – Виктор Бушмин

Фактически, граф Симон де Монфор, хотя и считался виконтом и владетелем всех земель Тренкавеля и Нарбонна, в реальности не владел ситуацией.

К тому же, приехала Жанна с младшим сынишкой и дочерью от его первого брака. Ги решил, буквально, плюнуть на все и отдохнуть с женой и детьми в, относительно, мирном и безопасном Каркассоне.

Несколько месяцев безмятежного счастья были, пожалуй, лучшим снадобьем и эликсиром для души рыцаря и крестоносца, уставшего от грязи и ужасов войны…

Ги любил прогуливаться во внутреннем дворе цитадели Каркассона, где среди плодовых деревьев было много уютных беседок, увитых плющом и виноградом, а тихое пенье птиц вместе с радующим сердце щебетанием его молодой жены и маленькой, но уже старающейся себя вести, словно она дама на выданье, дочери Жанны расслабляло и умиротворяло крестоносца.

— Милый, нам не мешало бы уже всерьез задуматься о грядущем замужестве Жанны, – жена мило, но словно хитрая лиса, заглянула ему в глаза. – Ты, как ни крути, а тут на главных ролях и очень важный человек.

— Радость ты моя, – улыбнувшись, ответил ей Ги, – я всего-лишь человек его величества. Ни больше и ни меньше этого.

— Но, папенька, – тут у его дочки вырвалось что-то наподобие возмущения, что вызвало улыбку умиления на его лице, – я слышала, что благородные дамы могут сами выбрать себе суженого, того, кто даме по сердцу.

— Рано тебе еще об этом думать, – пробурчал отец. – Занимайся пока своими куклами, учись грамоте, счету и как замок и хозяйство вести в отсутствие супруга.

— Так зачем мне это, если у меня нет еще ни жениха, ни, тем более, мужа, – не унималась его дочка.

— Какая же молодежь стала распущенной, – проворчал снова маршал, – в годы моей юности мы с слова поперек воли родителей сказать не могли, – а тут, на тебе! И спорят с отцом, и учиться не желают, и, – глаза Ги пробежались по модным фасонам платьев его дочери и жены. – И вот уже приоделись обе, в хрен пойми во что! Какое-то непотребство и ни капли скромности. Шея и плечи открыты, я уж молчу о..

— Не волнуйся, милый, – жена нежно чмокнула его в щеку. – Жанна милая и добрая послушная девочка.

Ладно. Подумаю тут на досуге о возможной женитьбе, – пробурчал Ги, чем вызвал неописуемый восторг у дочки и жены.

Ну а мы снова вернемся к войне.

Сейчас особенно, Симона волновала северная и равнинная часть виконтства, где в городках и замках Кастр, Лавор, Ломбер и Альби засели истинные руководители и вдохновитель альбигойской ереси.

Это были сеньоры Жильбер и Рауль де Кастр, и Эмери де Монреаль со своей еретичкой-сестрой Жиродой де Монреаль, владевшей городом и крепостью Лавор. Жильбер де Кастр был, если так было можно его назвать, архиепископом альбигойской веры на всем юге Франции.

Эмери де Монреаль и его сестра Жирода были детьми знаменитой альбигойской аббатисы Бланки де Лорак. Весь север находился в руках ереси.

Против этих городов и сеньоров Симон и решил провести кампанию. Подходы к ним защищались мощными замками и донжонами Ла-Бесед, Ле-Кассе, Сессак и Кабаре. Их было решено атаковать и захватить в первую очередь.

Возвратился из Рима Робер де Мовуазен, сумевший уговорить папу Римского стоять на стороне графа Симона и его верных крестоносцев.

Карт-бланш был получен…

Разбив на три части свои войска, Симон де Монфор выступил в конце марта 1211 года.