Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 144 – Мурзель

Картинки были забавными, но это не помешало ей ощутить себя деревенщиной на фоне разодетых красоток. А уж насколько Брайан — с его длинной косой, в замшевом жилете и вытертых ковбойских сапогах отличался от джентльменов в высоких цилиндрах, приталенных сюртуках и лакированных туфлях!

Дамы окинули Кэтрин таким насмешливо-снисходительным взглядом, что ей стало стыдно за свой скромный наряд. На Брайана же леди посмотрели с явным любопытством, если не сказать — с интересом, и сердце кольнула ревность.

«Чего уставились, утки разряженные!» — мысленно огрызнулась она, но вдруг увидела то, от чего сердце ушло в пятки, а все мысли выветрились из головы. Впереди на перекрестке стоял человек в фуражке и синем мундире с сияющими золотыми пуговицами.

Полицейский!

Ноги ослабли, тело прошиб холодный пот. Сейчас он узнает ее и арестует! Что же делать? Бежать!

Она невольно замедлила шаг, но тут Брайан крепко стиснул ее ладонь. Он ничего не сказал, но это помогло Кэтрин прийти в себя. Она сделала глубокий вдох. Нужно вести себя естественно. Это большой город, другой штат и здесь нет плакатов с ее портретом. У полицейского никаких оснований ее задерживать.

И действительно, законник хоть и окинул их цепким взглядом, но его внимание привлек скорее Брайан, а не она сама. Тем не менее, Кэтрин смогла выдохнуть, лишь удалившись от полицейского на добрый десяток шагов.

Наконец впереди показалась вокзальная площадь. В ее центре была разбита большая круглая клумба, посреди которой возвышалась конная статуя. Здесь сходилось несколько улиц, и множество экипажей ехали по кругу, лишь каким-то чудом не сталкиваясь между собой.

— В таких местах нужно держать ухо востро, — предупредил Брайан. — Не обчистят карманники — так переедет колымага.

С этими словами он крепче сжал ее руку, и они ступили на мостовую. Но не успели сделать и пары шагов, как раздался истошный вопль:

— Помогите! Лошадь понесла!

С боковой улицы вынырнула двуколка и с грохотом помчалась прямо на них. Кучер кричал что-то еще, но Кэтрин не разбирала слов. Она застыла, видя перед собой лишь гнедую лошадиную морду с выпученными глазами и клочьями пены, свисающими из оскаленного рта.

В следующий момент Брайан резко толкнул Кэтрин на тротуар, а сам, увернувшись от копыт, схватился за гриву и вскочил на лошадь. Он с силой потянул за один повод, заставив обезумевшее животное свернуть голову набок, и лошадь остановилась прежде, чем коляска врезалась во встречную телегу.

— Следи за своей клячей, дубина! — рявкнул Брайан перепуганному кучеру, спрыгивая на землю.

— С-спасибо, мистер, — промямлил тот, утирая лоб.

Брайан подобрал с мостовой свою шляпу и, отряхнув от пыли, нахлобучил себе на голову.

— Вот о чем я тебе и говорил, — сказал он, приблизившись к стоящей на тротуаре Кэтрин.

Она нервно усмехнулась искусанными губами и пробормотала, пытаясь унять дрожь в голосе:

— Зрелищно! Прямо как на родео.

— Знаешь, как-то раз на охоте моя лошадь споткнулась, и я оказался на земле посреди стада разъяренных бизонов. Они чудом не растоптали меня сразу, и я успел подняться на ноги. Стою как дурак среди этого ада. Копыта грохочут, пыль столбом… А рядом — никого, к кому можно было бы вскочить на лошадь…

— И что же ты сделал? — спросила Кэтрин.