Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 154 – Жюльетта Бенцони

Хотя Валанса, как достойный член Мальтийского ордена, чтил Папу, он вовсе не был идиотом и считал Ришелье великим человеком. То, что молодой дурачок вознамерился с ним разделаться, показалось командору смехотворным. Он сказал об этом без обиняков и немедленно повел его к кардиналу, которому Шале простодушно во всем признался. Говоря при этом самому себе, что он верный помощник принца. На самом деле он полагал, что проявляет чудеса ловкости, играя на оба лагеря.

Со своей стороны наследник короны походил на него в том плане, что обожал заговоры, но при этом он терпеть не мог оказываться на переднем плане. Отсюда и внезапное решение заболеть в решающий момент в надежде на то, что его люди сделают всю работу и ему не придется вмешиваться.

Этот жалкий расчет привел к тому, что, появившись вечером в замке Флери и объявив о скором прибытии принца, зная наверняка, что он не приедет, эти несчастные не успели выпить и по стакану вина: внушительный отряд рейтаров, посланный королем, установил их личности и отправил прямиком в Бастилию.

В тот же день, одиннадцатого мая 1626 года, Людовик XIII решил обеспечить будущую защиту своему драгоценному министру с помощью вооруженного отряда, одетого в красные плащи; его собственные мушкетеры носили плащи голубого цвета. Так в историю вошли гвардейцы кардинала.

Хотя имя Марии ни разу не прозвучало и у нее не было причин опасаться последствий всей этой истории, в тот вечер она возвращалась домой с ощущением, что ее постигла небесная кара. Она оставила во дворце королеву, которой лишь гордость давала силы казаться спокойной. Что касается самой Марии, то ее от отчаяния спасала ярость. До какой степени безумства нужно было дойти, чтобы пытаться заменить д'Орнано этим жалким Шале? Луиза де Конти навела справки через Бассомпьера, с которым молодой дурачок (явно в большом воодушевлении!) поделился своими планами, и Марии вскоре было известно все о подвигах ее рыцаря. Она тотчас же решила заставить его за все заплатить!

После долгих размышлений она наконец нашла способ наказать его. Она написала два письма, одно для него, другое для Роже де Лувиньи, и запечатала первое зеленым воском, а второе красным. Затем она послала Анну за Пераном. Сперва она хотела дождаться возвращения Элен (та переживала нечто вроде приступа экзальтации и проводила все больше времени в церкви или в монастырской молельне, расположенной неподалеку, на опушке леса), но в конце концов решила доверить эти особенные письма абсолютно надежному человеку, каковым она уже Элен не считала.

Когда появился ее верный кучер, она сказала ему:

— Поезжай во дворец и разыщи мсье Шале! Ты его знаешь?

— Разумеется.

— Если не найдешь его, оставь это письмо с красной печатью его другу Ла Лувьеру. Запомнишь? Красная печать.

— Конечно, но…

— Я так настаиваю на этом, потому что хочу, чтобы другое письмо, с зеленой печатью, ты отдал мсье де Лувиньи. Не думаю, чтобы тебе приходилось его часто видеть, но он друг мсье де Шале и они живут по соседству.

— И ему я отдам письмо с зеленой печатью, но не проще ли написать на конвертах имена?

— О, мой почерк могут узнать. Впрочем, у меня есть свои причины.

— Простите, госпожа герцогиня! Этого и впрямь более чем достаточно. Должен ли я дождаться ответа?