Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 340 – Жюльетта Бенцони

— Неужели я и дальше должна терпеть эти бесконечные молитвы?! – жаловалась Мария мужу. – Тысяча чертей! Неужели у них нет более подходящего жилья, где они могли бы являть свою преданность Господу?! Что они делают у нас?

Смущенный Шеврез, питавший к приемному сыну искреннюю привязанность, объяснил, что с целью поправить все еще запутанное финансовое положение он продал Шарлю свой пост главного сокольничего, услугами которого уже пять лет не пользовался ни он, ни король.

— Чудесно! В таком случае почему бы им не перебраться в свои болота? Если не сделает этого он, в Лезиньи отправлюсь я!

— Наберитесь терпения! И приготовьтесь к сюрпризу, надеюсь, для вас приятному. Сегодня у нас будут гости, которых я известил о вашем приезде.

— Кто же это? Уж не мой ли это папенька, которому грозит разорение?

— Я же говорил о сюрпризе приятном…

Вечером, перед заходом солнца, у подъезда, проехав круг по внутреннему двору, остановилась покрытая пылью дорожная карета. Из нее ловко выскочил мужчина, лицо которого было скрыто под широкими полями серой шляпы. Он повернулся, чтобы подать единственную руку – левый рукав его был пуст – молодой особе, поблагодарившей его нежной улыбкой. Оба они медленно направились вверх по ступенькам лестницы, наверху которой их ожидала чета де Шеврез. Радостно вскрикнув, Мария узнала Эрмину и заключила ее в объятия.

— Девочка моя! Откуда же вы приехали? С тех пор как вернулась, я безуспешно разыскивала вас.

— Ну вот и я, кузина. С некоторым, правда, опозданием, но и путь наш был долог.

Она протянула руку своему спутнику, но тот принял ее лишь после того, как с помощью единственной руки приветствовал Марию снятой с головы шляпой. Мария решила, что она грезит наяву.

— Мальвиль, это вы? Да простит меня Господь, я думала, что вы мертвы.

— На славном поле сражения под Рокруа, где нашел и доставил меня домой Луанкур, я и сам так думал, госпожа герцогиня, – сказал Габриэль, бросив нежный взгляд на Эрмину. – А эта молодая особа вернула мне вкус к жизни, а его превосходительство герцог сделал остальное с тем, чтобы я вернул себе свое благородное имя и остатки имения, за что я всегда буду ему благодарен. Затем он сделал нечто получше – он нас женил.

— Женил? И я об этом ничего не знала?! Мне об этом ничего не сказали?!

— Ваше местопребывание, моя дорогая, несколько затрудняло общение с вами, было непросто держать вас в курсе наших повседневных дел, – проворчал Клод. – Со своей стороны, я как член семьи имел полное право рекомендовать Мадлен де Ленонкур нашего друга Мальвиля, и она благословила этот брак. Она даже приехала на свадьбу.

Еще раз этот случай показал Марии ту дистанцию, что теперь установилась между нею и ее близкими. Она даже почувствовала нечто, похожее на угрызения совести. И с удивлением подумала о том, что ее муж сумел заменить ее в полной мере. Сердцем своим и делами он принял участие в жизни людей, близких ей. И за это Мария была ему признательна.

— Мне не остается ничего, – вздохнула она, – кроме как подарить вам свадебный подарок.

И, сняв с себя сияющее на солнце колье из сапфиров, бриллиантов и жемчугов, застегнула его на шее раскрасневшейся от удовольствия, но пытавшейся от него отказаться Эрмины:

— Это слишком роскошный подарок, прекрасная моя кузина! Мы живем просто, и празднества у нас редки…