Онлайн книга «Кречет. Книга 1-4»
|
— Носильщик, это же очень тяжело. А где вы оба живете? Животный страх пробежал по лицу девочки. Она еще теснее прижалась к брату. — Не говори ему, Жильдас, не говори! Идем отсюда. Он ласково погладил ее по руке, успокаивая этого испуганного ребенка. — Успокойся, Гаида, он добрый, он помог нам. — Я знаю, но все же не говори ему! В это время какой-то нищий, который наблюдал за ними, подошел, стуча своими костылями. — Улепетывайте-ка отсюда, мальцы. Если попадетесь сержанту на глаза, вы погорели. Отпустите их, господин. Ведь как только вас не будет здесь, мальца тотчас схватят. — Хорошо, я уезжаю. Да хранит тебя Бог, Жильдас. Поверь мне, лучше будет, если ты возвратишься на родину. Здесь ты похож на чайку с перебитым крылом. Он уже ставил ногу в стремя, нищий подталкивал юных бретонцев перед собой, когда вдруг Гаида выпустила руку брата, побежала, не обращая внимания на свою хромую ногу, к шевалье, схватила его руку, рискуя попасть под копыта лошади, поцеловала ее и вернулась к брату. Брат смотрел на нее с удивлением. Жиль увидел красный след вокруг его щиколотки и еще плохо зажившую рану. Несмотря на свой возраст, этот юноша, должно быть, уже носил кандалы, и совсем недавно. А может быть, он беглый, вот поэтому-то и пребывает в постоянном страхе его сестра. Он же офицер короля. В этом случае лучше было не пытаться узнать о них больше и отпустить этих юных земляков и далее испытывать свою судьбу. Все же Жиль чувствовал некоторое сожаление. Он же мог бы сделать больше для этих детей. Они родились под одним небом с ним… Приехав на улицу Коломбье, он очень скоро о них забыл. И вовсе не из-за корыта горячей воды, плотного завтрака и чудесного кофе, а из-за письма, врученного ему хозяином отеля. Письмо было от Бегмера. Пышным и витиеватым стилем ювелир королевы сообщал ему, что он сам и его компаньон не имеют более возможности рассматривать вопроса о продаже колье за пределами королевства. «Мы узнали от высокочтимого лица, которое имеет честь представлять своих клиентов, что Ее Величество королева была бы, весьма опечалена, если бы узнала о продаже кому бы то ни было такой исключительной драгоценности. У нас сложилось впечатление, что Ее Величество королева продолжает рассматривать вопрос о приобретении нашего колье, хотя и не осмелилась еще попросить об этом короля, и что она нам была бы признательна, если бы мы, предоставили ей некоторое время с тем, чтобы она оценила свои возможности для сбора необходимой суммы. Желания, пусть даже неокончательно сформулированные Ее Величеством королевой, чьими покорными слугами мы являемся, являются для нас приказом, и мы заявляем о нашей полной готовности исполнять ее волю. Мы с глубоким сожалением кланяемся Вам, но выражаем надежду, что господин шевалье без особого труда поймет наше положение и одобрит наши действия, когда узнает, что нам обещано в награду преемничество от господина Обера на место ювелиров короны Франции, когда для этого настанет нужный час. Мы уведомили также господина генерального консула Испании о невозможности продолжать с ним более торги, о которых было договорено ранее. Со всей очевидностью заявляем Вам, что, если этот период закончится окончательным отказом Ее Величества от приобретения нашего колье, мы, будем чрезвычайно счастливы возобновить наши переговоры, искренне надеясь, что ее светлость герцогиня д'Алъба соблаговолит проявить необходимое для этого терпение…» |