Книга Невеста Сфинкса, страница 98 – Наталия Орбенина

Нет, нет, он не позволит себе раздражаться! Это грех, ведь Серна больна, больна! Он должен терпеть, все пройдет, все наладится.

Соболев тяжело прошелся по комнате и сел на стул. Стул чуть скрипнул. Серна нехотя повернулась, и выражение ее лица неприятно поразило мужа. Теперь оно не казалось ему совершенным, божественно прекрасным. Прежняя безупречная красота уступила место иным чертам.

Глядя на это незнакомое отчужденное лицо, он гнал прочь мысли, которые пронзительной болью сверлили его голову. Не болезнь это вовсе! Что произошло в пустыне?

О том, что Аристову и Серафиме явился Альхор, он узнал почти сразу же, как только они нашлись. Уже в первый день, когда бот повернул назад в Каир, Соболев заподозрил, что Северов знает о приключениях спасенных значительно больше, чем рассказывает. Северов был явно взволнован и искал возможности поговорить с Аристовым, выпытать у него все. И тогда профессор решился. Он твердым шагом подошел к уединившимся собеседникам и мягко, но непреклонно попросил разрешения присоединиться к ним. Вот тогда-то Аристов и поведал о том, как они с Серафимой оказались в Альхоре. Соболев слушал жадно, рассказ Егора порождал странные чувства. С одной стороны, радость от того, что все рассказы о мистическом городе оказались не просто выдумкой безумных, измученных жаждой и жарой путешественников. С другой стороны – досада, что Альхор явился не ему, ученому, а людям, которым это знание и вовсе ни к чему. К тому же ему казалось, что Аристов что-то недоговаривает, умалчивает. Но что? Соболев задавал вопросы, собеседник отвечал на них безо всякой заминки. Не мог задать только один вопрос, было ли что-то между ним – Аристовым и его женой? Он даже попытался спросить, как, мол, они обходились в таких ужасных условиях… Жгучее дыхание смерти избавляет от излишних раздумий и пустых условностей, последовал жесткий ответ, и Соболеву пришлось смириться. Но бесы сомнения не оставили его и начали терзать с еще большим остервенением. А что, если это только красивая выдумка, чтобы отвлечь его внимание? Пусть глупый старый муж лучше тешится сказками о несуществующем Альхоре и не думает о рогах, которые стали пробиваться на его голове? Тогда он подступил к Серне, пытая ее расспросами, стремясь подловить на мелких деталях в описаниях чудо-города. Ведь не могли же они так подробно все обсудить и придумать в деталях, сговориться в мелочах, чтобы не попасться на лжи? Но нет, все совпадает. К тому же рядом оставался Северов, который тоже имел собственный опыт общения с Альхором. Много из сказанного будоражило сознание и воображение. Недаром Северов сделался будто больной от того, что Альхор на сей раз был так близко! И тогда профессор стал основательно задумываться над тем, что отныне Альхор перестал быть мифом и превратился в серьезную часть научного знания. И он, Соболев, станет первым, кто возвестит об этом человечеству!

Да только что же на самом деле происходило между Аристовым и Серафимой?

— Как ты, дружок, спала нынче? – Соболев старался, чтобы его голос звучал как можно мягче.

— Как обычно, – последовал равнодушный ответ. – Плохо.

— Тебе все по-прежнему снится Альхор? – осторожно задал вопрос супруг.

— Он всегда со мной, и днем и ночью.

— Да, – протянул профессор, – какая досада, что я не смог видеть всего этого, описать, понять! Какая досада! Ведь как преподнести научной публике все эти ваши рассказы, что твои, что Северова, что Аристова. В глазах ученых мужей это бред, выдумки, мираж. Прослывешь шутом гороховым. А жаль, потому что я чувствую, что он есть, существует реально! Ну, может быть, не в том смысле реальности, как мы привыкли понимать в обыденной жизни. Некая иная реальность! Как бы мне ваши головы выпотрошить да собрать все воедино. Понять, что есть этот самый Альхор!