Книга Не обожгись цветком папоротника, страница 135 – Арина Бугровская

Лошадь была на месте. Ярослав уж и не ожидал такого подарка от судьба. Уложил Агнию, тронулись.

— Куда правишь? — спросила девушка сонным голосом. Похоже, она была без сил.

— К волхву! Больше некуда. Можно, конечно, к Лещихе, но думаю, ни припадка она не соображает. Глеба уже налечила.

Агния на этот раз промолчала. И Ярослав вздохнул с облегчением.

Ярослав ждал у двух сосен. Волхв не пригласил его к себе, а сам взял Агнию на руки и унёс. Ждать пришлось долго. Парень подкрепился едой, которую захватил для девушки, но в этой суматохе даже не предложил ей. Допил воду.

Но вода — не проблема, сбегал к ручью, набрал ещё.

Потом лежал, обдумывал варианты: что дальше.

Наконец, показался волхв. Он опять нёс Агнию, только на этот раз она не подавала признаков жизни, а ноги её были так обмотаны не пойми чем, что напоминали две колоды.

— Теперь пусть так будут долго, — пояснил волхв, указывая на ноги. — Ко дню Сварога можно снять. Снимешь сам. Разрежешь, если надо ножом всё, что здесь есть. Раньше нельзя.

Пока Ярослав укладывал Агнию на телегу, волхва и след простыл. Ярослав, получается, и не поблагодарил его. А, впрочем, не очень он и благодарен был. Волхв, как и предсказывала Агния, был холоден и неприветлив. Ладно, что хоть не прогнал восвояси.

Ярослав потрепал девушку за руку. Та с трудом открыла глаза, огляделась, вспомнила.

— Ну, и куда теперь? — спросил парень.

— Не знаю.

— К матери?

— Нет! В Берёзовый Кут я не вернусь.

— Тогда направляйся на все четыре стороны, — не выдержал Ярослав.

— Тогда вывали меня под ближайший куст, только подальше от дороги, — не осталась в долгу Агния.

Во упёртая!

Но Ярослав такой вариант развития событий предусмотрел, пока сидел у сосен. Раздражало его сейчас только то, что из всех возможных решений проблемы Агния выбрала самый сложный. В чём он, положа руку на сердце, и не сомневался.

— Но, — повернул он лошадку.

Далеко в лесу была их сторожка. Когда зимой ходили на охоту, в ней иногда оставались ночевать, если не успевали засветло домой. Летом день длинный, ею не пользовались, тем более, охотиться с размахом некогда, вот она и стояла без дела.

Приехали нескоро. Ярослав внёс девушку, осмотрел помещение. Конечно, условия неприхотливые, но жить можно.

В дальнем углу лежанка, покрытая старой шкурой, Агнию он положил туда.

Кресало, кремень — всё на месте. Огонь он развёл привычно быстро. Зажёг самую длинную лучину.

Поставил у изголовья воду.

— Ну, всё. Пора мне домой… Оставайся. Завтра приеду, будем обустраивать тебя. А пока так переночуешь.

У Агнии закрывались глаза.

— Ты это… — Ярослав помялся, — на двор… хочешь?

— Куда? — Агния нахмурилась, не понимая.

— Ну, в уборную…

— Хыля, иди в сарае почисти, на свинью уже страшно глянуть, — приказала Кисеиха.

— Так, я у неё только вчера убиралась, — тут же вмешалась Калина.

— Ну, значит, плохо убралась, — Кисеиха так просто не сдавалась. — А хорошая хозяйка и два раза в день должна за всеми убрать.

Хыля послушно вышла во двор. На грудь словно лёг тяжёлый камушек.

И совсем не в том дело, что не хочется или другим она была занята. Нет. И работать на ногах весело, и дела по дому все интересные. А причина в том, что мать не любит, когда она рядом. Как только хозяйские дорожки пересекаются, матушка тут же находит для дочери дела подальше от своих глаз. И это каждый раз больно.