Книга Не обожгись цветком папоротника, страница 93 – Арина Бугровская

Но до шалаша не дошла.

— Тиша, постой, — закричал Малой.

Девочка оглянулась. Через валы сена чуть ли не галопом неслись брат и Ёра. Тиша остановилась, поджидая их.

— Тиша, пошли-ка отойдём, разговор есть.

— Куда отойдём? Тут же нет никого, — удивилась Тиша.

— Туда, туда, — ребята увлекли девочку подальше от шалашей.

Под берёзками Тиша резко затормозила, заговорила сердито:

— Куда вы меня тащите, дураки какие-то?

Ребята послушно остановились. Долго молчали, не решаясь на серьёзный разговор. Сейчас от Тиши зависело многое, лучше бы её не сердить.

— Дай, Тиша, слово, что никому не скажешь.

— Вот ещё выдумали, — нахмурилась девочка. — Когда это я кого выдавала?

— Поэтому мы тебя и выбрали. Дело есть — княжеское!

— Уж прям княжеское, — в голосе слышалась насмешка, но Хыля поверила. Глаза её заблестели от любопытства.

— Смотри, только — молчок, — ребята понизили голос, хотя в округе никого не было видно. — Мы, вроде, как знаем, где княжеский детёнок.

Хыля ахнула. Глаза её стали круглыми, словно блюдца, и в них плескался тихий ужас и восхищение. Всё-таки ребята шустры, тут ничего не скажешь!

Такая реакция подбодрила ребят, и они уж без утайки, торопливо, зашептали:

— Мы точно не знаем, княжеский он или нет.

— А прячут его далеко.

— И надо спешить, а то могут в другое место перепрятать.

— Или убьют ещё.

Тиша ахнула.

— А что ты думаешь? Это ж разбойники.

Но тут выражение глаз Тиши снова изменилось. Она зло зашептала:

— А если вас разбойники убьют? Тогда что?

— А мы не дураки, чтобы на глаза разбойникам попадаться!

— У нас знаешь как? Семь раз отмерь, один — отрежь.

— А, если надо, мы дадим такого стрекача, только пятки будут сверкать.

— Где там разбойнику догнать.

— А на коне тоже не догонит. Там лес, на коне не шибко разъездишься. Нее, за нас не думай.

— Мы — бедовые.

— Ну, смотрите, — погрозила Тиша кулаком. Ребята, глядя на кулак, послушно закивали головами.

— Только надо, чтобы за нас не волновались.

— А то подумают, что мы потонули.

— Ты вот что. Сначала молчи, а как опомнятся, что нас нету, ты и скажи, что ушли по княжескому делу.

— Нее, лучше не надо говорить, что княжеское дело. Вдруг это не тот детёнок. Ещё проверить надо. А то потом люди будут смеяться.

— Да…

Замолчали, задумались.

— Скажи… скажи…, - но в голову ничего не приходило.

— Стойте, — вспомнила Тиша, — я же завтра с отцом домой уезжаю!

Ребята захлопали глазами от нового осложнения.

— А когда назад?

— Через два дня.

— Вот тогда через два дня и скажешь про нас.

— А если завтра будут вас искать?

— А мы скажем, что пойдём к мужикам на зауключный луг. Там и останемся ночевать в скирде.

— Точно. С собой возьмём припасы, не надо будет тайком их умыкать.

Ребята повеселели от удачного разрешения сложной ситуации.

— Ладно, — сказала Тиша, — но смотрите, — и на всякий случай она ещё раз показала кулак.

Василиса приуныла. Несколько часов просидеть в бревенчатой клетке с закрытой дверью — это обстоятельство кого угодно в тоску вгонит. Малюсенькое окно едва пропускало дневной свет. Глаза Василисы вскоре привыкли к темноте, но смотреть было не на что. В одном углу солома, в другом — ведро.

— Побудь пока здесь, — сказала та тётка, что стояла около вожака. Жена его, должно быть. Вот и всё. Нет, ещё кувшин воды принесли да хлеба кусок, положили, хоть и на скатерть, но на пол, за неимением стола. Теперь всё.