Книга Невеста князя, страница 49 – Арина Теплова

— Георгий Петрович…

— Называйте меня Амир, – попросил он тихо.

— Ваше имя по-грузински?

— Да. Мне оно более привычно. Так зовет меня отец, – объяснил Георгий.

— Хорошо, Амир, – выдавила она медленно, словно привыкая произносить его имя. – У вас в родне были русские или славяне?

— Нет. С чего вы это взяли? – удивился он.

Его голос, тихий, проникновенный, лился откуда-то сверху. Софья же, отчетливо помня его облик, явно отличающийся от обычной внешности местного населения: загорелое, но все же не смуглое лицо, темно-русые волосы, а в особенности светлые серо-голубые глаза, – невольно задумалась. Она уже заметила, что грузины поголовно имели карие, почти черные глаза, смуглое лицо и смолистого цвета волосы.

— Мне так подумалось.

— Мой отец чистокровный грузин и матушка тоже. В роду Асатиани не было русских.

— Но ваши глаза, они светлые, – вымолвила девушка невольно.

— И что же? Встречаются грузины и с серыми глазами. А в горах на северо-востоке в Хевсурети живут грузины, у которых голубые глаза и русые волосы. Поговаривают, что они потомки крестоносцев, которые осели в горах. Возможно, кто-то из наших дальних предков был из хевсуров, я не знаю.

— Вы хорошо говорите по-русски.

— Мой дядя Леван поклонник империи. У него во дворце говорят только на русском языке. С восьми лет я воспитывался в его доме, оттого с детства знаю ваш язык. К тому же десять лет назад я в числе нескольких десятков молодых грузинских дворян был насильно, под конвоем отправлен в Петербург. Почти два года я жил в столице.

— Вы жили в Петербурге? – опешила Софья.

Менее всего она могла подумать, что этот мрачный горец мог обитать в столице. Это совершенно не вязалось с его образом.

— Ваш царь боялся, что наши местные дворяне поднимут восстание против империи. В то время Имеретия только пару лет как присоединилась к России, и было много недовольных среди грузинской знати, хотя большинство наших дворян и владетельные мтвади радовались этому союзу. Оттого император Александр жаждал держать нас, молодых отпрысков известных фамилий Грузии, в поле своего зрения, ну и под надсмотром тайной полиции. В Петербурге по велению императора я год учился в инженерном кадетском корпусе, а затем еще год служил прапорщиком в Павловском пехотном полку. В восемнадцать лет ваш царь дозволил мне вернулся домой.

— А князь Серго тоже вместе с вами ездил в Санкт-Петербург?

— Да, – вымолвил Амир тихо. – Вы удивительно проницательны.

— И он также служил в Павловском полку?

— Нет. Военная служба не интересовала его. Он жил при дворе императора Александра и там проводил все свое время.

— И через два года вы вместе вернулись в Имеретию?

— Нет. Серго вернулся из столицы только год назад, по настоянию отца. Ему нравится жить в России.

— А вы любите горы, ведь так?

— Так, – согласился Асатиани поражено, девушка как будто читала его мысли и понимала с полуслова.

Наконец-то согревшись, Софья с удивлением отмечала, что от его большого тела идет тепло. Георгий был прав, она по своей стыдливости вела себя глупо. Он не делал ничего предосудительного и спокойно лежал, не двигаясь и обнимая ее сильной рукой за талию.

— Я хотела еще вас спросить, а князь Серго… – начала она вновь.

— Спите, Софико. Я устал от ваших речей, – властно оборвал он ее.