Книга Ворон Хольмгарда, страница 132 – Елизавета Дворецкая

Весь день Свенельд принимал дань. Арнор и Виги помогали ему с переводом речей, Велерад, как близкий родич Тойсара, улаживал возникающие споры. Видно было, что на озере Неро к нему относятся с уважением, удивительным для его молодых лет; если Свенельда скорее побаивались и потому недолюбливали, то при виде его улыбчивого брата у людей светлели лица. Велерад умел к каждому подойти и в том видел свой долг, свою обязанность и умение, чтобы не оставить обиженным ни тех, ни других. Он знал в лицо и по имени всех старейшин на озере Неро, помнил их семьи и хозяйство, и без устали от темна до темна вел беседы возле саней.

Те, кто выплатил положенное, заходили в гостевой дом смотреть привезенные из Хольмгарда товары. За полотно, кузнечные изделия, слитки бронзы, олова, меди, серебро, точильный камень, шелк расплачивались теми же шкурками, медом, воском. Пока никакого оскудения товаров не наблюдалось: у Олава после двух походов на сарацинские и хазарские владения было довольно серебра и даже золота. Поло́н прошлой зимы летом отправили в Киев; продать его пришлось прямо там, людям Хельги Хитрого, и те увезли его за Греческое море, в Костянтин-град, где за отрока или девушку платят, как говорят, по десяти золотых. Главную выгоду получил, конечно, Хельги, но и Свенельд вместе с другими участниками похода и Олавом, которому выплатили его долю, заметно на этом разбогател.

Уже в сумерках приняли последние на сегодня сани и ввалились обратно в теплый дом. С облегчением стянули тяжелые кожухи и промерзшую обувь: весь день в очаге пылал огонь, в доме было тепло, даже жарко. Горячая похлебка из рыбы с пшеном и репой, каша с салом и неизменные горохово-ржаные лепешки уже ждали. Дружина Свенельда с жадностью накинулась на еду, не отвлекаясь даже на разговоры. Но не успели они доесть, как пришел Тайвел: отец его, Тойсар, и другие старейшины желают побеседовать с Велкеем, Севендеем и сыновьями Дага.

Конечно, Тойсар пришел не с пустыми руками – за ним несли два ленгежа, с пивом и пуре. Но особенно на них налегать Свенельд не собирался: Тойсар ведь не сплетни перебирать пришел. Да и сам Свенельд имел поручение от Олава к Тойсару, о котором вчера, из-за ссоры с Пагаем, не успел поговорить.

Пагай тоже явился – как младший брат покойной Кастан, он входил в число ближайших родичей Тойсара. Как давно подозревал Велерад, Пагая родичи подсылали сопровождать Тойсара на эти встречи, чтобы он не был слишком уступчив с русами, с которыми породнился против своей воли. С ними был Толмак, старший Тойсаров сын, и еще двое кугыжей.

— Я рад, что вы пришли, – почти искренне сказал Свенельд после обычных приветствий и жертв очагу. – Олав конунг дал мне поручение к вам, и мы должны обсудить важное дело. Прежде чем я уеду дальше на юг, мы должны принять решение.

— У нас тоже есть важное дело, которое мы хотим обсудить с Олавом, – ответил Тойсар. – Но ты гость, и мы сначала выслушаем тебя.

— Это дело касается все той же беды – вероломства хакан-бека и разорения волоков между Славянской рекой и Хазарской. Как вам уже известно, прежний путь, по которому мы возили в Саркел бобров и куниц, а взамен привозили серебро, теперь недоступен. Скорее всего, это навсегда. Олав и Хельги Хитрый уронят свою честь, если вздумают просить мира у хакан-бека, а путем унижения хорошего мира все равно не добиться. Если Аарон сам вздумает предложить мир, то мы просто не поверим ему. Кто же поверит змее, которая однажды ужалила, но обещает больше этого не делать? Она будет жалить, потому что змея! Один раз мы пострадали ради своей честности, но если мы второй раз доверимся хазарам, то будем просто глупцами.