Книга Ворон Хольмгарда, страница 134 – Елизавета Дворецкая

— Мы положим условия и обсудим цены заранее, – ответил Мантур, самый старый из кугыжей. – Чтобы они не давали меньше справедливой цены.

— Я еще раз повторяю: обещания хазар не стоят и плевка, – душевно произнес Свенельд, хотя уже закипал от досады. – Они пообещают вам что угодно, хоть луну с неба. Но будут соблюдать свои обещания только до тех пор, пока им это выгодно. Нельзя принимать чужие условия в таких делах. Хельги Хитрый собрал войско и сходил войной на Костянтин-град, чтобы добиться таких условий, которые нужны ему. Миром выгодной торговли нигде никому не дают. Хазары заботятся о своих доходах, не о ваших. Олав предлагает вам выступать среди сильных. Среди тех, кто устанавливает свои условия, а не принимает чужие.

— Великому Юмо и всем вашим кереметам будет стыдно, если род Утки и другие согласятся работать для чужого богатства, когда ничто их к этому не принуждает, – заметил Велерад, мысленно добавив «кроме собственного упрямства». – Слава Юмо, хазары не завоевали и не подчинили вас. Не дайте им просунуть свои лапы в вашу землю, иначе беды не обобраться!

— Мы уже дали просунуть в наши земли ваши лапы! – бросил Пагай. – И теперь вы берете с нас дань и указываете нам, как нам распоряжаться своей землей и своим богатством!

— Славу и богатство добывают силой. Для этого нужно объединять усилия – Мерямаа, Хольмгарда, даже Киева. Тогда можно одолеть и греков, и хазар, и кого угодно. Отказываясь от этого, вы сами себя делаете чужой добычей. Легкой добычей! Разве этого хотят ваши кереметы?

— Мы не желаем быть вашей добычей!

— Да с чего же вы взяли, что быть хазарской добычей приятнее! – сорвался Свенельд. – Вы их не знаете! Вы видели две-три льстивых, лживых рожи, которые сулили вам богатые дары, хотя пока смогли дать одну шубу на всех! Потому что здесь они слабы, а мы видели их, когда они были сильными! Вот, – Свенельд живо расстегнул кафтан и отколол с ворота сорочки маленькую круглую застежку. – Смотрите! – Он распахнул ворот и показал красный шрам в верхней части груди, над сердцем. – Вот это оставили мне хазары. Три сотни наших погибло в один день. И вы это знаете – среди них были и ваши люди. Вы хотите, чтобы хазарские мечи пришли вот сюда и стали рубить головы вам? Чтобы они угнали в полон ваших жен и детей? А так будет, если вы доверитесь им! Доверились куры лисице!

— Если вы примете предложение Олава, – заговорил Велерад, пока Свенельд переводил дух, – то Олав конунг даст вам право от себя заключить договор с Алмас-каном. Подумайте как следует – это большая честь и выгода. Сами вы – ты, Пагай, ты, Коныш, – сможете ездить с товарами в Булгар, и привозить оттуда все что угодно, и всю прибыль забирать себе. Если же Олав конунг сделает это дело без вас – ваших людей не пустят на булгарские торги, и вы по-прежнему будете продавать нам куниц и у нас покупать все прочее. Вся прибыль достанется Олаву, а ведь он предлагает разделить ее с вами.

— Потом предлагать больше не будет, – предостерег Арнор. – Странное дело, что людей приходится изо всех сил уговаривать стать богаче и счастливее!

— Где счастье и богатство, боги знают! – вздохнул Тойсар. – Людям это неведомо.

Он понимал, что во многом русы правы, но хазары сулили ему такую честь и выгоду, какой русы не могли дать, и душа его стремилась за этими посулами, одолевая узду рассудка.