Книга Оружие Вёльвы, страница 157 – Елизавета Дворецкая

У Снефрид тоже хватало дел на весь день. Нужно было кормить дружину в шесть сотен человек, а еще Эйрик хотел, чтобы столы в гриде были накрыты для всех окрестных хозяев и торговых людей из Бьёрко, которых он желал привлечь на свою сторону. Кроме здешней челяди, помогали дренги из дружин, выделенные для этого своими вождями, но Снефрид пришлось стать хозяйкой и управлять всеми делами. К счастью, в усадьбе оказалось достаточно скота и припасов, в Озере каждый день ловили сетями рыбу, и тем не менее Снефрид было некогда присесть.

Другую трудность составляло то, что заниматься делом ей приходилось под градом любопытных взглядов. Дружина Эйрика, датчане Торберна и сам Торберн, гости усадьбы и даже челядь – все таращились на красивую наложницу Эйрика. Всем хотелось знать – кто она такая, откуда взялась так внезапно, посреди военного похода? О ней знали только имя – Хравнхильд, остальное оставалось тайной. Сам Эйрик сообщил дружине лишь необходимое: что «госпожа Хравнхильд» будет хозяйкой этой усадьбы, пока он сам остается здесь, и он хочет, чтобы с ней обращались уважительно. Среди хирдманов ходили смутные слухи о загадочной женщине с закрытым лицом, о волшебном преображении в ночь Середины Лета. Тому помогали необычная внешность Снефрид, ее серебристо-серые глаза и взгляд, подобный клинку, – не прошло и двух дней, как в дружине и даже в самом вике Бьёрко уже господствовало мнение, что Эйрика почтила своей любовью женщина из рода альвов. Если бы кто прямо спросил об этом Эйрика или Снефрид, они бы и не подумали возражать. Дружина была со Снефрид почтительна, челядь слушалась. Но ее смущало множество незнакомых людей, постоянно толпившихся вокруг нее; это было все равно что оказаться среди говорящих деревьев. К такому она не привыкла – в округе Лебяжьего Камня появление незнакомца было событием.

Однажды ей показалось, что в толпе хирдманов во дворе усадьбы мелькнуло знакомое лицо; оно уже исчезло, когда Снефрид сообразила, кто это. Вегард? Осознав, о ком ей напоминают эти коротко остриженные волосы, неприметные черты и покатые мускулистые плечи, она быстро обернулась и стала вглядываться, но ничего похожего больше не увидела. Откуда Вегард Тихий Волк мог бы взяться среди дружины Эйрика? Померещилось? Хотелось, чтобы было так. До конца дня Снефрид внимательно оглядывала толпу, но ни Вегарда, ни еще кого знакомого больше не видела.

Однако мысли о нем ее не оставляли. Если это и правда Вегард – что тогда? Достанет ли у него дерзости подойти к ней здесь? А если достанет – как ей быть? Отдавать ларец ни в коем случае нельзя – если Снефрид не хотела этого делать до того, как познакомилась с Эйриком, то теперь, когда она связала с ним свои надежны, об этом не могло быть и речи. Но что делать? Просто отрицать, что она знает этого человека и владеет ларцом? Выход не из лучших. О́дин предостерегал не давать заведомо ложных клятв, а ей сейчас, когда помощь Одина требуется постоянно, ссориться с ним никак нельзя.

Может, рассказать Эйрику, что этот человек – из дружины Стюра Одноглазого, а значит, мыслит недоброе на самого Эйрика?

Да он же убийца! Снефрид даже остановилась над кадушками с тестом, где пять рабынь под ее присмотром готовили хлеб. Как она могла забыть о Рандвере!