Книга Янтарный след, страница 102 – Елизавета Дворецкая

— Ничего сложного, – Хравн Черный нежно коснулся ее виска, заправляя выбившуюся из-под чепчика прядь светлых волос, и Снефрид пробрала дрожь от самой мысли, что ее касается дух. – Это и ее облик, и твой. Ты все поймешь, когда узнаешь ее имя…

— Что это за имя?

— Скульд Серебряный Взор. Дочь конунга альвов.

От потрясения Снефрид отпрянула. Скульд? Та волшебная женщина, что когда-то давно на йоль явилась в дом к Асбранду Снежному, предку Снефрид по отцу, провела с ним ночь, а через год вручила ему их общего младенца-сына?

«Даже младшая из Дев Источника, твоя прапрабабка Скульд, покинула меня и ушла к Одину…» – рассказывала Фрейя, когда впервые приснилась ей, еще на острове Алсну перед отплытием.

Скульд служит Одину и в этой игре выступает против Снефрид! Ну разумеется – власть над нею Одина сильнее, чем обязанность помогать собственным кровным потомкам!

— Если ты не желаешь смерти Меелиту, не допусти, чтобы она забрала его, – сказал Хравн Черный.

— Как я смогу это сделать?

— Ты умеешь. Вспомни, ты ведь уже не раз вступала в поединки на воздушных тропах и выходила победительницей.

— Но там моей соперницей была только старая вирд-кона Бьёрна конунга… и ее молодая и неопытная наследница. А это – дочь конунга альвов, сама Дева Источника…

— Ты встречалась и со старшей из Дев Источника. И прогнала ее прочь.

Снефрид вспомнила: усадьба Сигфуса Барсука, баня, распростертая на соломенном ложе Катла, бледная как полотно… огромные пятна крови на подстилке… бурлящий на месте очага источник, женская фигура с закрытым лицом, сотканная из серовато-голубого тумана… «Урд, уходи! – повелительный голос, так похожий на ее собственный. – Тебя изгоняю…»

— Но это была не… – начала Снефрид.

— Тише! – Хравн Черный легко коснулся ее губ кончиками пальцев, и она умолкла. – Неважно, кто это был. Та, что изгнала саму Урд, справится с ее младшей подругой.

— Но как я сумею хотя бы ее увидеть?

— Вот так.

Хравн Черный подался к Снефрид и нежно поцеловал в оба глаза. У нее перехватило дыхание; от легкого прикосновения его губ по телу разбежалась теплая дрожь, и на миг Снефрид охватило ощущение, будто по жилам ее вместо крови струится голубой свет – нежно-голубой и немного серебристый, как первый снег.

— Теперь ты ее увидишь, – шепнул голос Хравна Черного.

Снефрид открыла глаза, но, против ожидания, увидела не слишком много, а слишком мало. Перед нею оказался пустой жертвенник. Его голос еще был здесь, но ее дух-помощник исчез.

* * *

Никто из эйстов не видел, с кем разговаривала Снефрид, но все ясно видели, что с кем-то она разговаривала и этот кто-то находился на вершине жертвенника.

— Здесь был могучий дух, родственный Луметахт, – подтвердил Арво. – Я чуял его, однако беседу их услышать он мне не позволил. Что передал тебе Укко-Старик, поведай нам! – обратился он к Снефрид.

— Воля богов такова, – строго сказала она, не выходя из-за жертвенника и чувствуя, что устами ее воистину говорит судьба. – Коткас и Меелит должны биться на поединке, но не должны убивать друг друга. Проигравшим будет тот, кто первым прольет свою кровь или лишится оружия. Тот, кто выиграет, получит жену – ту, которая ему желанна. Проигравший не получит ничего, но будет обязан хранить мир. Ясна ли вам, витязи, воля богов? Вы оба должны принести клятвы, что примете исход поединка и подчинитесь воле Укко.