Книга Общество самоубийц, страница 146 – Рэйчел Хэн

— Привет, — сказала Лия, опустив глаза.

— Привет, — Анья впустила в свое жилье нежданную гостью и закрыла за ней дверь. На этот раз Лия, словно не замечая Аньиной матери, быстро прошла в дальний конец комнаты и уставилась в окно.

— Как у тебя дела? — спросила Анья.

Лия повернулась и подняла глаза на Анью. Что-то в ней изменилось, это было заметно. Анья прищурилась, пытаясь понять, что именно. Шею Лия теперь держала как-то не так, и при попытке сфокусировать взгляд у нее в глазах появлялась боль.

— У меня все хорошо, — бодро ответила Лия. Если бы Анья не смотрела на нее в упор, то, возможно, даже приняла бы это на веру. Но уголки губ Лии говорили о другом, а припухшие веки нервно подрагивали. — Что ты делаешь?

— А, это… — Анья подняла кружку и, перевернув ее, показала Лии дно. — Видишь, тут кусочек необработанной керамики. Годится для заточки ножей. Точило ведь не купишь без особого разрешения.

Лия кивнула, объяснение показалось ей логичным. Она не спросила, зачем Анье вдруг понадобилось точить ножи.

А Анья ухватила нож покрепче и испытующе глянула на Лию. Может, Лия придаст ей мужества, может, если Лия будет на нее смотреть, у нее все получится?

Но Лия сосредоточила свое внимание на другом. Она так и не отошла от окна, более того, пыталась его открыть, однако это требовало больших усилий. Из старых рам летела пыль и сыпались щепки. Наконец в комнату ворвались шум города и холод, они закружились вокруг Аньи и Лии и принесли с собой жизнь и звуки, напоминавшие о скорой зиме. Но Лия не остановилась — продолжая толкать раму, она подняла ее выше, чем когда-либо удавалось Анье. И похоже, безвозвратно сломала. Конечно, древесина была старая, но Анья все равно поглядела на Лиины руки с удивлением — какие же они, оказывается, сильные.

Лия присела на подоконник и, придерживаясь за него, перекинула одну ногу наружу. Наблюдавшая за действиями гостьи Анья внезапно поняла, что с той что-то не так.

— Что это ты делаешь? — выпалила она, лихорадочно соображая. Подбежать к Лии? Схватить за руку? Втащить обратно?

Лия повернулась к Анье. Лицо у нее было сухое, но из глаз будто текли невидимые слезы.

— Помнишь, как ты пришла ко мне в гости? Ты пыталась открыть окно, а я сказала, что оно не открывается. Директива 7077А.

Анья кивнула.

— Ты сказала, что очень жаль, помнишь? Что наверху такой хороший ветер, — Лия повернулась лицом к городу. На той стороне улицы стояло сверкающее офисное здание, за тонированным стеклом двигались люди. Лия закрыла глаза и, подставив лицо потокам воздуха, добавила: — Ты была права.

Анья шагнула было к окну, но не закончила движение, заметив, как напряжена Лия, как побелели костяшки ее пальцев, сжимавших подоконник. И Анья уставилась на крупноватые для женщины руки Лии с выступившими на них голубыми проводами вен и узелками суставов. На отчетливые линии связок, на мощные большие пальцы, зацепившись которыми за деревянную раму, Лия подняла ее. На щепки и крошки кирпича, усыпавшие пол.

А потом Анья подняла нож и стала медленно поворачивать его, ловя лезвием солнечный луч. Оно теперь было такое чистое, такое отточенное и правильное — идеально пригодное для намеченной цели. Интересно, обратила ли Лия на это внимание?

— Я поняла, чего хотела мать, — сказала Анья. — Она хотела, чтобы я сделала это сама, — рука у нее затряслась. — Никакого Общества, никаких таблеток, никаких ферм. И вот я… я пытаюсь. Все пытаюсь и пытаюсь. Но не могу.