Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— Видите, Аркадий Владимирович, учила же! Как в вашем конспекте… — Переписала? — Нет, писала! Сама! У меня даже есть свидетель… — Что б его, чудеса… — Субъект преступления в подобных составах, как правило, бывает специальным… И общим, тоже бывает… Как сказано в учебнике Рарога… И в диссертации профессора Голиковой тоже так написано! — Разве? — как и можно было догадаться, всесильная Марина Владленовна не могла не заставить Софку почтить вниманием свой кропотливый труд. Профессору Гвинюку остается лишь посочувствовать девочке, которой насаждали, очевидно, бесполезное для неё юридическое образование. — Кажется, глава вторая? — Как есть! Читала! Самолично… — Согласен, согласен… — И субъективная сторона… конечно же, характеризуется виной… Прямой умысел. По общему правилу… — О чём ещё расскажете, Софья Константиновна? — Нарушение политических и трудовых прав — всегда заключает в себе высокую общественную опасность… — Софа максимально вспоминала всё то, что записывала на шпаргалке прошлым вечером. — По билету — у меня все… Профессор постучал зачёткой Голиковой по столу, прикидывая, насколько сильно он расстроит свою коллегу из соседнего института за то, что поставил её единственной дочери оценку «удовлетворительно». И все-таки — расстроит… — Вот, что, Софья… Ставлю вам четыре, и возьму с вас обещание… — Четыре! — большего подарка для матери Софка представить не могла, учитывая, что с кафедрой уголовного права и дисциплинами, которые преподаются на ней, у Софы никак не ладилось. Как и не ладилось с кафедрой гражданского, теории государства и права, но это уже совсем другая история . — Четыре… И диплом, чтобы вы лучше разбирались в тонкостях попавшегося вам билета, будете писать по моей кафедре! — И вам спасибо… — И всё же не забудьте про диплом! — Непременно! Боясь, что доброта профессора вернется на круги вечного занудства и менторства, Софа, положив зачётную книжку в карман джинсового сарафана, выбегает из аудитории. Вопиющий крик, стоивший окружающим здоровых барабанных перепонок, оглашает весь корпус института. И Софа стремиться убежать в гардероб также быстро, как и вылетела из кабинета. Лиза едва настигает её, пытаясь не выронить зачётку на ходу. Салон теплого «Линкольна» встречает не только Космосом, который считал ворон, покуривая в открытое окно, но и его самоуверенными смешками Космоса и неизменной фразой в адрес Лизы: — Я же говорил, а? Говорил, красивая? — А я генералу не верила, да, родной? — Новый год на носу, чудо ты мое… Какому дураку охота с такими салагами валандаться? — Мне просто повезло. — Молчи, женщина! — Голикова валяется на заднем сидении лимузина, подобно Пчёлкину после пьянки, и, не веря своим глазам, снова смотрит в свою зачётку. — Вот у меня чудо! Списанное, скомканное… Но моё! — Ботаники и есть! Главное знать, что там за что и насколько? И хорош! — Полезно для общего развития! — воодушевленная Софка хлопает Лизу по плечу, и, делая вид, что она торопится, спешит оставить парочку наедине. — Ладно, народ, меня не искать! — Ты в запое по такому поводу, да, Софико? — Запои не по моей части, я накрываю ульи! — Тогда передай привет тому, кто на этом специализируется! — И от меня по шее добавь… — Космос, ты — душа! — А я-то и не сомневался… |