Книга Тайное местечко, страница 47 – Виктория Балашова

— Предлагали, но мы думаем пешком.

— Если Тит Совин предложил, или Звен Куропатка, то я бы на вашем месте принял приглашение. Рода добрые, с вашими завсегда в добре и мире, и от неприятностей с Куницыными убережёт. Но то дело ваше. Ребята вы добрые, Богами любимы, но я вижу совсем не понимаете обстановки с Родами, иначе бы не назывались при нём.

— Мы долго отсутствовали, аскезу соблюдали. Такой вот урок долгий был. Да и в этих краях не были никогда.

Трофим покивал каким-то своим мыслям, и сворачивая неудобный разговор сказал, что будет ждать ребят на улице. Остап с Олесей сходили к себе, взяли крынку и вышли на воздух, вооружившись, на всякий случай, своими складниками. Отдали крынку и пошли прогуляться.

Разговор отважились начать отойдя подальше от возможных ушей.

— М-да. — начал Остап, — и тут засада, мирно народу не живётся. А так всё ладненько начиналось.

— Угу. Может, всё же тогда к моим сначала?

— Не привык я от проблем бегать, я ж обычно наоборот к ним навстречу бежал.

— И как я сама-то не догадалась? Да ладно, что действительно скрываться что ли? Может и мы Роду пригодимся, может там и не проблема, а недоразумение. Приедем, узнаем, может и разберутся уже. А что про дорогу думаешь? Почему не захотел ехать?

— Да не хотелось расспросов лишних. Думалось, от скуки в дороге как начнут выспрашивать всю подноготную, так и не рады будем подвозу.

— Ну, так-то да, а сейчас что думаешь? Теперь этот Свей нарисовался, с ним как быть? Он же тоже едет, а как козни начнёт чинить?

— Тоже верно. Теперь зная эти расклады, надо помозговать.

— Эх, сходили покушать.

— И не говори!

— Ну, давай тогда, как обычно, утром и решим. Ночь всего и переждать.

Поговорив о важных вещах, погуляли ещё, насладились ночной свежестью. Вспомнили своё потрясение от наблюдения за двумя лунами Лелей и Месяцем на ночном небосводе. А потом самое первое потрясение, от слов бабушки Глаши, что их три… Полюбовались на привычные им с детства звёзды. Поразмышляли, как же так может быть, чтобы одни и те же звёзды светили и их привычной Земле и этой, непривычной. Но ведь каждая звёздочка была вроде как и на своём месте. Ещё у бабушки Глаши, во вторую ночь ребята расспросили про названия созвездий. Оказалось, что бабушка отменный астроном. Она перечислила привычные, что знали ребята, и много ещё сверх тех, что они когда-либо вообще слыхали, и даже назвала те, о которых они и слыхом не слыхивали. А бабушка с лёгкостью их все называла, показывала и даже словно с каждой звёздочкой, будь то яркая, или даже второстепенно туда попавшая, здоровалась, как со своей подруженькой.

— Бабушка, неужели тут каждый так все звёзды знает?

— Все никто не знает, даже я. Только важные, через кои небесные чертоги проходят Ярило, аль Леля, Фата или Месяц.

В тот вечер ребята узнали и то, что созвездия бабушка называет совсем не так, как привыкли их называть они на своей бывшей Земле. И вот если привычные, узнаваемые по очертаниям, такие, как Большая и Малая медведицы, Орион, Кассиопея они смогли узнать, хоть визуально, то остальные для них прозвучали только красивой музыкой для ушей. А ведь теперь это их реальность на оставшуюся жизнь. В душе поселилось пугающее слово — навсегда… Теперь не Медведицы, а Лось и Лосёнок, не Орион, а Три плуга, не Кассиопея, а Косари.