Книга Принцесса Диана. Самоубийство длиною в жизнь, страница 98 – Виктория Балашова

Одновременно Чарльз выступал с речью, посвященной налаживанию деловых отношений между Великобританией и Кувейтом. Он тоже изменился, недаром в предыдущем году в Париже его уже воспринимали не только как наследного принца, но и как заметную политическую фигуру. Чарльз и Диана, оба развивались, но каждый в своем направлении. В этом ничего бы не было плохого, если бы разные пути теперь перед ними не лежали и в семейной жизни. В описываемой поездке пара вообще не общалась друг с другом, даже учитывая тот факт, что их снимают и на них смотрят журналисты. С любовью было покончено, остались только обязательства.

В Эмиратах вновь журналисты отмечают две вещи: умение общаться с простыми людьми и наряд принцессы: «Она сумела продемонстрировать свое уважение по отношению к культурным тонкостям, надев тюрбан от Филипа Сомервиля, который изящно закрывал ее волосы», чем очаровала принимающую сторону. Диана по-прежнему с трудом ест на людях. Все кадры, снятые, когда пару угощают закусками, сладостями, кофе, явно демонстрируют ее проблему: Диана с трудом прожевывает и еле-еле проглатывает маленькие кусочки пищи и даже не может при этом толком говорить. Чарльз, напротив, получает от процесса удовольствие, но косит глазом в сторону, на жену. Он в курсе ее проблем, которые даже в 1989 году, при видимом улучшении, не были полностью решены.

«Казалось, она поражена всем, что увидела. Чарльз всегда восхищался исламской культурой и искусством, и она была пленена Ближним Востоком, так что это был настоящий опыт для обоих. В определенные моменты, однако, бросалось в глаза то, что Диана несчастлива. Это было действительно временами очевидно».

Новым в отношениях с Чарльзом стали и его странные реплики в адрес жены: ему порой хотелось ее уколоть, что он делал, не стесняясь присутствия других людей. В поездке по Эмиратам Диане задали вопрос: чем она планирует заняться. У Дианы всегда планировались благотворительные мероприятия. Как она сама выразилась: «Даже если супруга наследника тупа, как пробковое дерево, не способна произнести ни слова членораздельно, то ее все равно куда-нибудь повезут с благотворительной целью». Чарльз прекрасно знал о все более активном участии жены в подобных мероприятиях, приносивших ей удовлетворение и хорошо ей удававшихся. Однако он опередил жену и ответил: «Она пойдет по магазинам».

Постепенно Диана приобретала странный опыт. Она будто существовала в двух мирах: в мире, где следовало вести себя более раскованно и уметь нравиться людям, в мире, где рушилась ее семья и где рецептов счастья никак не обнаруживалось. В конце весны Чарльз, начавший активно общаться с четой Паркер-Боулзов, пригласил старинных друзей в совместную поездку в Турцию (правда, поездка была неофициальной и однодневной). Ситуация не улучшалась. Диана проводила выходные с любовником Джеймсом Хьюиттом, а Чарльз находил утешение в компании Камиллы.

Осенью 1989 года в жизни Дианы произошли изменения, которые не раз потом повлияют на ее жизнь. Итак, Джеймса направили служить в Германию. Он не сопротивлялся, а некоторые считают, что Хьюитт сам просил о новом назначении, так как начал тяготиться отношениями с принцессой, «которая, купаясь в неожиданно свалившемся на нее счастье, опять потеряла чувство меры. Она пыталась заполнить собой каждую клеточку любимого мужчины. Не терять ни одной минуты. Постепенно любовник начал тяготиться таким прессингом. С радостью, как к возможности освобождения, воспринял он новое назначение… Диана была в отчаянии. Она плакала, кричала, пыталась изменить планы любовника, оказывая давление на его командира. Ну, в общем, все как всегда». Диана, вспоминая роман с Джеймсом, пишет, что она готова была развестись, и они планировали пожениться. Видимо, все-таки планировала одна Диана, а Джеймс, испугавшись подобного поворота событий, просто удрал служить в другое место.