Книга Нина Риччи, страница 59 – Виктория Балашова

Впрочем, пока вернемся в тот летний день 1932 года. Нину Риччи удивило предложение сына, однако она действительно в душе очень хотела вернуться к своей творческой работе. Она устала вовсе не от придумывания фасонов платьев, не от тканей, которые были так подвластны движениям ее рук. Нет, главное, что ее тяготило, это управление, бухгалтерия и другие административные вопросы. «Я открою свой дом, если все вопросы менеджмента ты возьмешь на себя», – поставила Нина Риччи условие сыну. Она слишком хорошо помнила нечистоплотность некоторых сотрудников дома «Раффин» и категорически не хотела ни сама управлять своим домом, ни нанимать посторонних людей на важные и ответственные должности.

Дело сделано: мать дала согласие и немедленно вернулась из Бретани в Париж, чтобы с головой окунуться в подготовку к показу зимней коллекции. Робер, как обещал, взял на себя остальные хлопоты. Он снял первые два этажа здания на бульваре Капуцинок – буквально в двух шагах от дома Шанель и от знаменитой площади Мадлен, в самом центре Парижа. Там же он оборудовал себе офис. Нина Риччи не стала искать новых сотрудниц – она позвала всех тех, кто работал у нее в доме «Раффин»: швей, продавщиц, манекенщиц. Большинство с удовольствием вернулись под крыло своей королевы. Главное – пришла личная помощница Нины Сильвия, с которой и началась основная работа над первой коллекцией нового дома моды. Пришлось работать сутками, так как дата показа неумолимо приближалась. Но трудолюбия ни Нине Риччи, ни ее проверенным сотрудникам было не занимать. В итоге они создали пятьдесят моделей всего за месяц. За это же время был полностью оборудован зал для показов: диваны шоколадного цвета, кресла красного бархата, бежевое ковровое покрытие, стены с прекрасными венецианскими зеркалами.

Еще в 1921 году в Париже была создана специальная ассоциация по защите дизайна одежды домов высокой моды от пиратства (L’Association de Protection des Industries Artistiques Saisonnieres). Одной из причин создания этой ассоциации было массовое копирование моделей американцами, которые потом продавали их в универмагах по низким ценам. Теперь модели фотографировали на манекене с трех сторон (спереди, сзади, сбоку) и регистрировали. Но для начала к новой коллекции нужно было привлечь внимание клиентов и прессы. Среди клиентов обычно находились не только частные лица, но и представители магазинов, небольших домов моды и ателье. Роберу не удалось привлечь много публики: хотя он профессионально занимался рекламой, но времени до показа оставалось слишком мало. В основном пригласили прежних заказчиков Нины. К удовольствию матери и сына, в зале они увидели много новых лиц. И пресса тоже не осталась равнодушной к показу. Первая коллекция имела большой успех. Так родился дом моды Нины Риччи – единственный в своем роде, дом, основанный матерью и сыном, дом, где сочеталось преходящее в мире моды с классикой, оригинальность стиля с постоянством, разум и страсть. Философия Нины Риччи теперь не сдерживалась ничем: королеву признали официально.

Закономерно возникает вопрос: откуда взялось столько денег для открытия предприятия, аренды дорогого здания, закупки мебели, быстрого создания коллекции и многих других трат, необходимых в такой ситуации. Нина Риччи имела определенную финансовую независимость, но хотела ли она рисковать всеми своими сбережениями? Ответ на этот вопрос не так уж сложен. Недаром именно Робер явился инициатором открытия дома моды матери – деньги на предприятие полностью были покрыты приданым его жены. Как мы помним, семья Раймонды, приехавшая во Францию еще до революции, сумела сохранить свои капиталы, и дочери не испытывали нужды. Более того, отец Раймонды, Антон Самуилович, поддерживал начинание зятя, полагая его человеком способным, с отличной деловой хваткой, которую он успел проявить и до открытия дома моды матери.