Книга Нина Риччи, страница 82 – Виктория Балашова

В годы войны в парижских домах моды работали около двенадцати тысяч человек (это 97 процентов задействованной до войны рабочей силы). С одной стороны, Лелонг спас этих людей от возможной отправки на принудительные работы в Германию, от голода и даже смерти. Он сумел убедить нацистов, что все сотрудники должны остаться в Париже. С другой стороны, все дома моды находились под пристальным надзором нацистов. Есть и третья сторона: дома моды за время войны сумели даже увеличить свою прибыль. Ярким примером удачного ведения дел стал дом моды Жака Фата. В 1937 году он начинал свою работу по созданию моделей в маленькой студии. В 1942 году на него работали уже семьдесят шесть человек, а в 1944-м – двести сорок. Его дом процветал, а сам кутюрье вместе со своей женой (модель, бывшая секретарша Коко Шанель Женевьева Бушер) активно посещал вечера в немецком посольстве в Париже. По стечению обстоятельств Жак Фат, как и Лелонг и Риччи, служил в армии недолго, был демобилизован, получил Военный крест, а с 1940 года процветал при оккупационном режиме.

Чтобы обойти запрет на торговлю с иностранцами в оккупированном районе, крупные модные дома прибегали к уловкам. Примером может служить выставка высокой моды, организованная в Лионе в свободной зоне в марте 1942 года, на которой собрались девятнадцать известных домов, чтобы продемонстрировать свои модели и привлечь международную клиентуру из нейтральных стран. Люсьен Лелонг и Робер Риччи организовали показ для кутюрье из Парижа. Вместе с показом прошел гала-концерт с участием танцевальной труппы Сержа Лифаря, организованный Национальной помощью (Le Secours national). Национальную помощь впервые создали в начале Первой мировой войны для помощи военным, их семьям и пострадавшему гражданскому населению. Осенью 1939 года работу Национальной помощи возобновили, а через год организацию передали в ведение правительства Петена в Виши. Средства Национальная помощь получала немалые, в частности от ликвидации имущества французов, лишенных гражданства (среди них в основном были французы еврейского происхождения, а также те, кто открыто противостоял режиму). Серж Лифарь, родившийся в Киеве и эмигрировавший во Францию в начале 1920-х, с 1940 года активно сотрудничал с нацистами, стал одной из ярчайших звезд культурной и светской жизни Парижа. После взятия родного Киева нацистами послал поздравительную телеграмму Геббельсу, с которым познакомился лично. Лифарь много гастролировал по Германии, ездил в Берлин по специальному приглашению Геббельса обсуждать от имени «французского искусства» вопросы организации зрелищ в новой Европе. Несмотря на выдвинутые обвинения, после войны был оправдан…

Чтобы получить двести пропусков, необходимых для поездки в свободную зону, Лелонг согласился присутствовать на обеде в прогерманской ассоциации «Table ronde». Он изложил проблему своему соседу по столу, который по счастливой случайности оказался высокопоставленным немецким офицером, и вскоре получил пропуска. Из всех нейтральных стран в Лион на показы приехали триста пятьдесят профессионалов моды. Они смогли выбрать заинтересовавшие их модели и купить выкройки. Правда, напрямую продажи проводить было нельзя, для этого требовалось получить специальную экспортную лицензию, которую выдавали крайне редко. Но сложности подобного рода оставались во время войны исключением, к тому же изрядно злили немцев, которые после подобных мероприятий еще сильнее закручивали гайки.