Книга Коррида с предателем, страница 20 – Ирина Дегтярева

Он с трудом стряхнул с себя наваждение, словно войной дохнуло в лицо, той страшной битвой с серым фашистским воплощением смерти, нахлынувшим на страну и оказавшимся не слабее библейского всемирного потопа.

Плигин вылез из машины вслед за московским гостем. Тоже бросил монетку в автомат и опрокинул в себя стакан газировки. Покосился на Тихонова.

Затем они уже без остановок доехали до конспиративной квартиры в старом львовском районе. По дороге Плигин только один раз заговорил, когда они проезжали мимо мрачного забора, увитого поверху огромными витками колючей проволоки, напоминающими причудливые вороньи гнезда.

— Здесь был Яновский концлагерь. Сейчас тут исправительная колония.

Сергей кивнул. Он знал, какие зверства в концлагере устраивали фашисты. Скольких они уничтожили неподалеку от лагеря под песчаной горкой… Вид этих серых зданий, источавших даже на расстоянии страх и боль, не исчезнувших за годы, прошедшие после войны, настроения не улучшил.

Тихонов вдруг засомневался, правильно ли он сорвался сюда из Москвы. Что он узнает такого? С чем идти на доклад к зампреду? Послали бы запрос, как предлагал Трофимов. Какой-нибудь местный опер, вот хотя бы Плигин, добросовестно все разузнал бы.

В конспиративной квартире в пятиэтажке с железной красной крышей в окна заглядывали ветви деревьев. Район зеленый, тихий. Старушки в панамках сидели у подъездов неизменными часовыми.

Двухкомнатая небольшая квартирка с цветочками в ящике на маленьком балконе. Плигин снял с охраны, позвонив на пульт. Прошли в гостиную.

— Сергей Степанович, есть хотите? На кухне все приготовлено, — предложил Плигин.

— Давайте чуть позже. А сейчас к делу.

— Меня попросили установить к вашему приезду, кто проживает по адресу Галицкая, семнадцать. Вот список жильцов. — Егор достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо листок и протянул Тихонову.

Фамилии Мочер Сергей в списке не нашел. «А чего я ожидал? — Он отер лоб носовым платком. — Что тетка до сих пор жива и ждет меня с распростертыми объятиями, чтобы поведать, как ее любимый племянник ушел с немцами в поисках знаний?» Тихонов вздохнул.

— Егор Дмитрич, надо, чтобы как можно меньше людей знало, кого я здесь ищу. Это ясно?

— Так точно, — с готовностью ответил Плигин, но, наткнувшись на снисходительный взгляд Тихонова, попытался расслабиться, как по команде «Вольно». — Сергей Степаныч, я вижу, вас список не устраивает. Там нет нужного человека?

Если предположить, что Крылов тот, за кого его принимают — предатель, то он мог, обладая связями, периодически обзванивать своих знакомых в УКГБ Краснодара или Львова, чтобы узнать, не интересуется ли кто его бывшим агентом Кракеном. Или давать такое поручение своим верным подчиненным, чтобы не светиться самому.

Не встречаясь с Кондратюком и вроде бы никак не контактируя, он тем не менее по просьбе ЦРУ мог до сих пор оберегать Анатолия Павловича от подозрений со стороны контрразведки, чтобы коллеги не нашли подтверждений работы Кракена в качестве нелегального разведчика.

Тихонов не исключал, что Крылов знает подлинную биографию Кондратюка, знает о тетке во Львове, из дома которой Кракен ушел с немцами. Чтобы гасить «пожар» в самом зачатке, Крылов мог контролировать ключевые адреса. Наверняка не сам, а через мелких посредников, работающих втемную и сообщающих о повышенном интересе. Генералу необходимо прикрывать Кондратюка, чтобы не погореть самому.