Книга Ковчег Иуды, страница 92 – Андреас Грубер

Кёрнер прислонился к дверному косяку и подождал, пока она выйдет наружу. Наконец один.

Он посмотрел на копировальный аппарат. Повинуясь внезапной догадке, поднял крышку. Аппарат был выключен; в тёмном стекле отражалось его лицо.

Накануне Бергер рассказывала, что фрау Лузак сделала для неё копии двух свидетельств о смерти, где даты рождения детей были замазаны корректором. Не здесь ли копировали эти документы?

Он провёл пальцем по стеклу. Неужели простая случайность? На поверхности и впрямь засохли следы корректора.

Совпадение? Или фрау Лузак и правда скрыла даты рождения? И если да — зачем?

Пожалуй, наводить Филиппа на этот след пока не стоило. Пролить свет на дело мог бы только допрос фрау Лузак. Но с этим можно было подождать.

Он спустился по лестнице. Подвальный отсек ничуть не походил на полностью переоборудованный архив, каким его описывала служащая муниципалитета. Сюда, по всему судя, сваливали бумаги, никому не нужные.

Табличка Архив на металлической двери выглядела насмешкой над действительностью.

Ржавая вода стекала с потолка на лампочку, окрашивая помещение в мрачный, тёмно-красный тон. Вдоль голых кирпичных стен тянулись оголённые провода, распределительный щит жужжал, как жирный шмель, а лампа мигала так, будто вольфрамовая нить вот-вот лопнет.

Добравшись до последней ступени, Кёрнер увидел, что весь пол устлан деревянными поддонами, лежавшими прямо в воде. Вероятно, они остались после прошлого наводнения, а муниципальные рабочие просто забыли их убрать.

Осторожно он ступил на первую перекладину. Бурая вода плеснула из-под ног; поднялись пузырьки воздуха и с чавкающим звуком полопались на поверхности.

Запах канализации стал ещё сильнее.

Именно так он, разумеется, и представлял себе исторические изыскания.

Однажды ему уже доводилось спускаться в венские сточные каналы — осматривать место, где обнаружили труп. Там было не менее мрачно. Ещё немного — и можно было бы поверить, что он бредёт по выгребной яме.

На высоком стеллаже, который показала ему фрау Лузак, действительно стояли подшивки Деревенского вестника — того самого муниципального курьера Грайнера и Хайденхофа, переплетённого в толстые годовые тома.

Он вытаскивал том за томом, всё глубже уходя в прошлое. Наконец присел на корточки. В самом низу лежали выпуски за 1937 год.

Вот тебе и посередине.

Книга наполовину стояла в воде. Он вытащил её кончиками пальцев и раскрыл на середине. Бумага насквозь пропиталась водой и воняла нестерпимо. Осторожно он разлепил слипшиеся страницы.

Статьи были напечатаны куррентом — старым немецким письмом, знакомым ему по письмам тёти Доротеи, которая всегда писала именно так.

В сентябрьском выпуске Деревенского вестника за 1937 год, под рубрикой Международные события, стояли заголовки: «Подготовка вермахта к войне» и «Политические переговоры с чехословацким премьер-министром Миларом Годжей не за горами».

Дальше он читать не стал: его внимание привлёк материал из местной хроники. Если повезёт, он подобрался вплотную к тому, что искал Мартин.

Трое шахтёров находят смерть в шахте

В четверг, 9 сентября, в стволе «Божье благословение» угольной шахты в Грайне произошёл трагический несчастный случай. Дальше…

Об остальном он мог только догадываться.

Типографская краска расплылась, страницы слиплись. Когда он попытался разъединить их, бумага полезла клочьями. В руках у него осталась зловонная размокшая масса, в которой уже ничего нельзя было разобрать.