Книга Загадка этажа номер 12, страница 89 – Нин Ханъи

— Погоди, ты сказал, Гу Сяолян стал умственно отсталым после этого случая? То есть он не был таким от рождения?

— Все так.

— Что именно произошло в их семье? – нетерпеливо спросил Тань Юн.

— Покушение на самоубийство с помощью угарного газа. Случилось это около года назад. По словам Су Сяотун, ее бывший муж Чжан Шэн после неудачных инвестиций решил уйти из жизни вместе с семьей. Он подмешал снотворное в питьевую воду, а когда жена и сын уснули, развел в доме огонь. Но Су Сяотун проснулась раньше времени, спасла сына и вызвала полицию. Когда прибыли стражи порядка, Чжан Шэн был уже мертв – отравление угарным газом. Женщина с ребенком выжили, но мальчик из-за комбинации снотворного и угарного газа получил органическое поражение мозга, что привело к умственной отсталости. – Цзян Мин наклонился вперед, пристально глядя на Тань Юна. – Звучит подозрительно, не так ли? Если это было самоубийство, почему Су Сяотун, хоть она и приняла снотворное, внезапно проснулась? И еще – раз они с сыном выжили, значит концентрация угарного газа не была смертельной. Тогда почему погиб Чжан Шэн?

— Действительно, подозрительно. Получается, в этом случае возможен другой сценарий. Все было наоборот – инициатором выступал не Чжан Шэн, а Су Сяотун. Она пыталась таким способом убить мужа, – анализировал Тань Юн.

— Полиция Цзинчжоу тоже допускала такой вариант развития событий. Но к сожалению, доказательств не нашлось, и дело пришлось закрыть.

— Но тогда есть нестыковка – неужели Су Сяотун ради убийства мужа рискнула бы собственным сыном? Вряд ли она хотела сделать ребенка умственно отсталым.

— Скорее всего, она рассчитывала, что сын просто сыграет свою роль, но не учла разницу между детским и взрослым организмом. Взрослый бы отделался легким отравлением, а для развивающегося мозга ребенка даже небольшая доза угарного газа фатальна.

— Допустим, – кивнул Тань Юн. – Есть еще какая-то информация?

— В основном все. В детали тебя посвятит Ли Бинь. Главное – Су Сяотун и ее муж серьезные подозреваемые, их нужно тщательно проверить. Советую начать с дела о «самоубийстве». Если удастся доказать причастность к нему Су Сяотун, то она, вероятно, замешана и в том, что происходит сейчас.

— Понял, – кивнул Тань Юн. – Кстати, капитан, вчера я спросил Фэн Чжэна, могло ли содержание завещания Гун Ямэй быть раскрыто заранее. Он категорически заверил, что, кроме него и самой Гун Ямэй, о нем никто не знал. Завещание – крайне деликатный документ, его утечка спровоцировала бы преступные намерения. Именно поэтому Гун Ямэй доверила такое важное дело Фэн Чжэну. Более того, он утверждает, что до этого не был знаком ни с кем из «Большой семьи» – включая супругов Су Сяотун и Гу Лэя. То есть сговора быть не могло.

— Не стоит верить ему на слово.

— Разумеется. Я выясню, говорил ли адвокат правду. Но я склонен ему верить. Если бы Фэн Чжэн хотел смошенничать, проще было бы подделать само завещание.

— Хорошо, я доверяю твоей оценке. Тебе предстоит раскрыть истину об этой серии преступлений.

— Так точно! – Тань Юн встал. – Они уже вернулись домой, да? Я сейчас же отправлюсь в «Юэхайвань»!

— Вперед! Жду хороших новостей!

Тань Юн зашел в свой кабинет и рассказал Ли Биню, что отказался от наследства ради расследования.