Книга Завтра, завтра, завтра, страница 114 – Габриэль Зевин

— Руки не доходили, – буркнул Сэм.

— Ты хотя бы картины какие-нибудь купил бы или пальму в горшке. Хоть что-нибудь, чтобы придать этому логову обжитой вид.

Сэм загрузил диск с аниме. Лола скинула туфли и клубочком свернулась на груди Сэма. Он не возражал. Днем в Лос-Анджелесе все умирали от жары, а ночью – от холода.

Тепло ее тела приятно согревало Сэма. С тех пор как он вернулся в Лос-Анджелес, он, не признаваясь в этом никому, даже самому себе, изнывал от одиночества.

После операции он избегал людей, в стоическом затворничестве перенося грызущую его боль. Но затем, по прошествии нескольких месяцев, когда состояние улучшилось, его одолела тревога: куда подевалась Сэди? Поначалу он успокаивал себя мыслью, что Сэди с уважением отнеслась к его желанию уединиться, но позже заподозрил неладное. Она не навестила его в больнице, ни разу не пришла проведать его дома. Возможно, его культяпка возбуждала в ней омерзение, однако он в это не верил.

Она говорила с ним только о работе, и, даже находясь в одном офисе, они словно бы пребывали в разных мирах. Над игрой «По обе стороны» работала команда из двадцати человек, и проходили дни, прежде чем у Сэма или Сэди возникала потребность друг с другом поговорить. И хотя Сэм понимал, что разрастание компании – объективная неизбежность, порой его охватывала тоска по их тесному кружку единомышленников, некогда ютившемуся в квартирке на Кеннеди-стрит.

Даже в юности, когда он впервые разругался с Сэди, он не скучал по ней так, как скучал теперь. Ведь теперь он видел ее изо дня в день. Видел и не узнавал. Эта девушка походила на Сэди и говорила, как Сэди, но не была Сэди. Его Сэди. Что-то произошло, но что именно? Как ни терзался Сэм этим вопросом, он решил отложить разгадку произошедшей с Сэди метаморфозы на потом. Вначале им предстояло написать игру.

— Да, – согласилась Лола, когда пошли финальные титры «Призрака в доспехах», – похоже на «Матрицу», но «Матрица» мне все равно нравится. – Она подобрала под себя ноги и посмотрела на Сэма. – Не подумай, что я подлизываюсь, но я без ума от обеих «Итиго». Потрясающие игры. Хвастаюсь направо и налево, что ходила на выпускной с Сэмом Масуром.

— Польщен, – хмыкнул Сэм.

— А я вовсе не льщу. Это правда.

— Но это не только моя игра. У меня был напарник.

— А, ну да, ну да. Деваха из Лос-Анджелеса, верно?

— Верно.

— Помню, сталкивалась с ней в старшей школе. Она выиграла школьную стипендию Лейпцигского фонда в нашем штате. В финале мы шли на равных, но она победила. Хотя, полагаю, пять тысяч долларов нужны были ей, как рыбе зонтик. Котелок у нее, конечно, варил, но и воображала она из себя невесть что.

— Почему ты на нее взъелась?

— Да нипочему. Просто она вечно держалась свысока и обдавала холодом. Впрочем, забудь, что я тут наговорила. С тех пор столько воды утекло.

— Сэди и впрямь может подпустить холодку, – кивнул Сэм. – Она же интроверт.

— Помню, у нее были безумно красивые волосы. Каскад блестящих волнистых волос, которые только у еврейских девчонок с западного Беверли-Хиллз и увидишь.

Сэм смешался. Он был не уверен, но в этом язвительном комментарии ему послышался антисемитский выпад.

— Я думаю, у нее натуральные вьющиеся волосы, – сказал он.

— Размечтался, – ухмыльнулась Лола, быстро наклонилась и поцеловала его.