Онлайн книга «Сказания о ёкаях»
|
— В одной из спален, пока твою найти пыталась. Решила, тебе будет интересно взглянуть, насколько редко в «Бэнтэн» постельное белье стирают. А ты ещё спишь точно на таком же! Кёко не понимала, издевается Мио или же правда не понимает важности своей находки. Вероятно, ей было попросту плевать на расследование. Все эти месяцы её интересовало что-то другое, что, как любая правда, было зарыто где-то посередине – между мононоке и Кёко. Она наспех скомкала простыню и подмяла под свою, когда услышала за фусума плывущие, характерные лишь для одной женщины в «Бэнтэн» шаги. — Прячься! Хвоста у Мио не было, так что Кёко дёрнула её за уши с красными кисточками. Та зашипела, но послушно юркнула под одеяло, которое Кёко с краю приподняла. Такао-даю прошествовала мимо, не глядя, зашла за ширму, опустилась на циновку и, осушив половину оставшейся с вечера токкури – Кёко уже хорошо запомнила звук её жадных, прерывистых глотков, – очень быстро засопела. Только пробормотала, когда укладывалась: — Чокнутые. Вокруг меня одни чокнутые. Оторванная голова, как же… Будто она не знает! Кёко лежала молча ещё несколько минут после, дожидаясь, когда Такао-даю точно-точно уснёт, глубоко и крепко. Мио копошилась где-то между её лодыжек, шерсть щекотала босые ступни, и под одеялом сделалось жарко и тесно. Кёко ойкнула и снова приподняла одеяло, чтобы разноглазая морда выглянула на свет, когда один из острых коготков цапнул её за ляжку. — Где Странник?! – раздражённо спросила Мио. — Не знаю, – ответила Кёко, морщась и потирая царапину. – Мы разделились почти сразу же, как пришли в «Бэнтэн». — Для чего? — Во-первых, он не очень-то смахивает на ойран или синдзо, и это в таком месте большая проблема. Во-вторых… У нас спор. Мне нужно узнать за оставшиеся три дня больше, чем узнает он. Если не будешь ныть и поможешь, обещаю больше не кормить тебя редиской. Мио снова завертелась, поцарапала Кёко ещё кое-где, отчего та едва не запищала и не вытолкнула её с циновки ногой. — Что у вас за развлечения такие – на собственную жизнь спорить?! Это же мононоке! Просто играть в кицунэ-кён[37] не пробовали?! Кёко придавила её рукой, чтоб замолкла, перестала возиться и постаралась заснуть. Мио ничего не оставалось, кроме как свернуться там же, у неё в ногах, калачиком, и вместе они стали ждать начала четвёртого дня. * * * Тот, несмотря на возложенные на него надежды, толком ничего им обеим не принёс. Кёко промаялась с обычной работой и Мио до самого вечера. Но больше, конечно же, с Мио. Той доставляло изощрённое удовольствие носиться по коридорам между ног юдзё и, едва кто-то из них успевал закричать, прятаться где-нибудь под полом или на балках, доводя тем самым до нервного срыва яритэ, бегающую за ней по «Бэнтэн» с бамбуковой тростью и прытью, какую обычно не ждёшь от женщины её тучной комплекции. На просьбу заняться чем-нибудь полезным, раз она так хочет, чтоб они трое поскорее покинули «Бэнтэн», Мио пообещала «притащить ещё грязных простыней, правда, не факт, что там будет именно кровь». Кёко оставлять в покое она явно не собиралась, из-за чего та с трудом пережила четвёртый день. Под его конец кое-что интересное всё же случилось. — Я такая красивая, – бормотала Такао-даю во сне. – Я не заслуживаю быть такой красивой… |