Онлайн книга «Сказания о мононоке»
|
— Как ты это сделал? – прохрипела Кёко, когда они, подобрав все бумажные талисманы, уносили прочь ноги и искали чайную, где можно было бы укрыться и заодно полакомиться после долгой дороги местными дайфуку с яблочной начинкой. – Ты ведь даже не прикасался к талисманам, когда городовой их все отобрал. И вслух ничего не говорил! Как же он сработал? — Что ты вообще знаешь о колдовстве оммёдо? – поинтересовался Странник в ответ, высматривая что-то среди различных прилавков и магазинов, которые здесь, в этом городе, все были выкрашены сплошь в тёмно-красный цвет. Кёко надеялась, что он выискивает что-то знакомое, может быть, даже место обитания следующего мононоке, с которым ей уже не терпелось встретиться. — Ну, что «колдовство» – это громко сказано. Вся наша сила в бумажных талисманах, которые можно пробудить с помощью прикосновения и особых слов, – ответила Кёко неуверенно, шагая следом. – Каждый раз это затрачивает ки, а у простых людей ки мало, поэтому их и могут использовать и создавать лишь те, кто обогащён духовно, то есть сами оммёдзи или жрицы. Но оммёдзи ещё и при изгнании ки расходуют, поэтому к услугам храмов обращаются – заказывают изготовление талисманов там, берегут себя… А ещё эффект талисмана зависит от того, какой иероглиф на нём написан. Вот твои иероглифы я не понимаю совсем, они вроде бы одинаковые на всех твоих офуда, но действия каждый раз, заметила, разные. — Так и есть, потому что это особые талисманы, универсальные для любых заклятий. Словом, на все случаи жизни. — Ого! Разве такое возможно? А можешь… можешь научить меня изготавливать такие? Или они очень много ки требуют? — Много не требуют, но нет, научить всё равно не могу. Я не умею писать, только читать. — Что? — Что? Странник ухмыльнулся и вытер тыльной стороной ладони испачканные уголки губ. К этому моменту он уже купил в одном из ятаев то самое розовое дайфуку и вовсю его уплетал, даже не поинтересовавшись, не хочет ли Кёко тоже. Лиловая помада ни на верхней губе, ни на нижней при этом даже не смазалась. Как завидно! — Слишком длинная цепочка. Любят же люди усложнять себе жизнь. — О чём ты? — Какая разница, будешь ты говорить вслух заклятие и держать при этом в руке офуда, если пробуждают его не твои слова с касанием, а ки? Повтори заклинание мысленно, представь, что касаешься, если по-другому не можешь, – и вот. Даже заучивать семейные заклинания на самом деле вовсе не обязательно. Их можно выдумывать. Слова – лишь способ ки направить и сконцентрировать в нужной точке, не более того. — А дополнительное ки это, случайно, не затрачивает? – спросила Кёко осторожно. — А чего ты так трясёшься за своё ки? Всё спрашиваешь, спрашиваешь о нём. С ним что-то не так? — Ну, я часто болела в детстве. – Опять ей пришлось соврать. – Дедушка говорил, из-за этого у меня мало жизненной силы, и потому не стоит офуда слишком часто использовать… — Какой глупый дедушка. Кёко почувствовала, что нагревается изнутри. Никто – ни человек, ни мононоке, ни ёкай, ни лис – не смел так отзываться о Ёримасе. Она даже Хосокаву однажды ведром по голове огрела, когда он с дуру брякнул «старикан». Странник смотрел на неё пристально, точно тоже этого ожидал. Нет, даже добивался. Испытывал на прочность те её слова о полном ему послушании, которые она выпалила тогда от отчаяния, стоя перед ним на коленях и умоляя взять её в ученицы. И слизывал липкое тесто с яблочным джемом с кончиков пальцев, прежде чем показать Кёко один. |