Книга Эпический матч, страница 82 – Роберт Фадер

В полузащите располагались Международное Право, Гуманитарная НПО, Независимая Пресса на Грантах и Эксперт по правильной Демократии. На бумаге они выглядели благородно: красивые слова, эмблемы, голубые папки, отчёты, заявления, конференции. Но стрелки на схеме показывали, что каждый из них отдаёт пас только в одну сторону — туда, где интересы западных хозяев совпадают с моральной позой.

Атака была совсем прямой. Слева шли Санкции. Справа — Эмбарго. В центре — Блокада. Чуть позади них двигался нападающий по имени Гуманитарная Интервенция, который, судя по схеме, умел бить по воротам под аплодисменты тех, кто называл разрушение помощью.

Тренером этого чудовищного состава был Двойной Стандарт. На схеме он сидел на скамейке в идеально выглаженном костюме и держал две инструкции: одну для союзников, другую для всех остальных.

Луис прочитал имена ещё раз.

— То есть если их диктатор — он партнёр. Если чужой — чудовище.

— Именно, — сказала Наташа.

— И мы должны играть против них больными.

— Да.

Несколько секунд они молчали. На поле за их спинами кто-то кашлянул. Потом послышался голос Роберто.

— Эй.

Они повернулись. Роберто шёл к ним, но шёл тяжело, будто каждый шаг давался через силу. Его лицо было бледным, волосы прилипли ко лбу, а в глазах было такое раздражение, которое появляется у человека, когда ему плохо, но он слишком горд, чтобы лечь и молчать.

— Нам всем очень плохо, — сказал он. — Я не могу нормально стоять. Эти сволочи подсунули нам что-то сильное. Остальные почти лежат на траве. Если сейчас свистнут начало матча, мы даже до центра поля не дойдём.

За ним подошла Хуана. Она держалась лучше многих, но тоже выглядела больной.

— Как мы будем играть? — спросила она. — Серьёзно. Не лозунгами, не красивыми словами. Как?

Наташа посмотрела на Бонбиби.

— Ты знаешь, что можно сделать?

Бонбиби поднялась медленно. Она подошла к команде, провела взглядом по игрокам, потом посмотрела туда, где ещё вчера сиял стадион после их победы над Фармацевтической индустрией.

— Это болезнь, — сказала она. — Но не обычная. Она сделана так, чтобы не убить вас и не вывести из строя навсегда. Она должна продержаться ровно столько, сколько нужно вашим врагам.

— Сколько? — спросил Луис.

— Время матча.

На поле стало тихо.

— То есть они хотели, чтобы мы вышли больными, — сказал Франко, который подошёл вместе с Наимом. — Чтобы весь мир увидел, как нас уничтожают.

— Да, — ответила Бонбиби. — Это не болезнь для победы. Это болезнь для зрелища. Они хотят, чтобы вы упали перед следующим соперником, а потом все сказали: “Вот, чудо закончилось. Человечество устало. Система оказалась сильнее”.

Роберто сел прямо на траву.

— Прекрасно. Мы больные, следующий соперник — сборная лицемерия, а организаторы, вероятно, уже продают кружки с надписью “Конец надежды”.

Луис посмотрел на команду. Все собрались вокруг, кто сидя, кто стоя, кто опираясь на плечо товарища. На лицах было не отчаяние, а тяжёлая усталость. Они уже прошли слишком далеко, чтобы легко сдаться, но тело у каждого говорило одно и то же: “Не надо”.

— Мы всё равно выйдем, — сказал Луис.

Никто не удивился. Наверное, все уже знали, что он скажет именно это.

— Если мы не выйдем, они победят без игры. Если выйдем и упадём, по крайней мере мир увидит, что они заставили нас играть больными. А если вдруг найдём способ стоять на ногах, у нас будет шанс.