Книга Резонанс любви, страница 24 – Роберт Фадер

Она встала и подошла к балкону. Нева ночью была прекрасна. Тёмная, широкая, живая, она несла отражения огней, и Петербург над ней казался не городом, а загадкой, которую кто-то написал на воде. Наталья стояла босиком на холодном паркете, завернувшись в одеяло, и долго смотрела на реку.

Странно, но ей уже не хотелось немедленно бежать.

Это пугало сильнее всего.

Вернувшись на диван, она легла, укрылась и наконец закрыла глаза. Усталость победила тревогу. Через несколько минут её дыхание стало ровным, а лицо — спокойным, почти детским. Красный диван, который ей так не нравился, всё же принял её в свои старомодные объятия.

Луис вышел из кабинета позже. Он хотел только взять со стола забытые бумаги, но остановился в дверях гостиной. Наталья спала, свернувшись под одеялом, с одной рукой у лица. В лунном свете она выглядела совсем иначе: не возмущённой, не колючей, не готовой спорить с каждым предметом мебели, а хрупкой и очень живой.

Он смотрел на неё несколько секунд, потом тихо усмехнулся одними губами.

— Женщины, — подумал он. — Опять меня путают.

Он погасил лишний свет, оставив только слабое сияние из окна, и вернулся к себе. Но работать уже не смог. Слишком долгий день наконец взял своё. Луис опустился в кресло у письменного стола, закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

Луна поднялась выше и заглянула в старую петербургскую квартиру. Её свет лёг на виолончель, на красный диван, на усталое лицо Луиса и на Неву за окном, будто город на несколько часов согласился притвориться спокойным.

Только на несколько часов.

Утро в квартире началось с запаха, который совершенно не вписывался в обычную жизнь Луиса.

Сырники.

Луис открыл глаза неохотно. Сначала он просто сидел в кресле, где уснул ночью, и пытался понять, почему квартира пахнет чем-то настолько домашним и знакомым. Потом провёл рукой по лицу и нахмурился.

— Что?..

Из кухни донёсся голос Натальи:

— Просыпайтесь, товарищ великан! Вы должны отвезти меня в гостиницу за вещами. Я не собираюсь вечно ходить в этом платье!

Луис несколько секунд молча смотрел в пустоту, словно проверял, не является ли утро продолжением очень странного сна. Потом поднялся и направился на кухню.

Там его уже ждала Наталья. Она стояла у плиты с видом человека, который полностью взял ситуацию под контроль, хотя ещё вчера пыталась сбежать из города. На столе стояла тарелка горячих сырников с клубничным вареньем, чайник тихо шумел, а в окно лился мягкий утренний свет.

— Вы умеете готовить? — удивился Луис.

— В отличие от некоторых, которые умеют только ловить сфинксов веревками.

Луис подошёл ближе и остановился перед тарелкой.

— Это… клубничное варенье?

— Да.

Он посмотрел на неё немного подозрительно.

— Вы как будто угадали мои вкусы. Это единственное варенье, которое я могу есть.

Наталья пожала плечами.

— Представила вашу мрачную физиономию и решила, что её надо чем-то уравновесить. Клубника подходит.

— Так эти сырники предназначены для лечения?

— Именно.

Луис сел за стол и попробовал первый сырник. Потом второй. Потом третий. Наталья наблюдала, как завтрак исчезает с пугающей скоростью, и не смогла скрыть лёгкую улыбку.

Он ел почти жадно, как человек, который давно не завтракал по-человечески. В какой-то момент даже закрыл глаза, будто вкус внезапно вернул его в далёкое и спокойное воспоминание.