Книга Кровавый пир, страница 45 – Го Цзинмин

Нижняя часть тела по-прежнему оставалась погружена в озеро, однако у берега было мелко, потому половина низа торчала над водой. То был ком шевелящейся мягкой плоти белого цвета, которая, напоминая гигантскую гусеницу, соединялась с талией – эта веретеноподобная гусеница и была ее нижним телом. Кольца вздымающихся складок непрерывно сжимались, делая ее похожей на жирную королеву термитного гнезда. На хвосте гусеницы росла огромная кровавая дыра, а внутри медленно, слой за слоем раскрывались складки: они двигались и сокращались, и вопли женского существа звучали все громче.

Она рожала.

Мучимая ужасной болью, она страдала, лежа на каменной стене, обе руки крепко сжимали камень, от излишней силы пара острых ногтей успела обломаться в трещинах породы, и по белым рукам вниз, сочась из кончиков пальцев, струилась кровь.

В середине кроваво-красного озера разошлась рябь.

К монстру с телом женщины и насекомого медленно заскользила старая черная лодочка.

Древесина лодочки выглядела настолько черной, что, казалось, выгорела на солнце. Она сияла глянцевым блеском и была испещрена большими и маленькими червоточинами, напоминавшими пчелиные соты, которые совсем не впускали воду.

На лодке стояли два серебряных посланника, высокие, в тяжелых доспехах, но та и не собиралась садиться на мель. Усеянная дырами черная древесина будто обладала поразительной плавучестью.

Лодочка остановилась неподалеку от кровавого отверстия в хвосте монстра, и посланники принялись спокойно ждать.

Из дыры потихоньку появился шар, укутанный полупрозрачной плодной оболочкой, который заставил кровавое отверстие сильно раскрыться, и все потому, что в прозрачной плодной оболочке лежал вовсе не привычный младенец, а тело человека, которому на вид было не меньше десяти лет. Он лежал на боку, съежив тело, усыпанное растущими из него синими кровеносными сосудами и белыми нервами, которые соединялись с прозрачной оболочкой. Спокойно держась на поверхности густой красной жижи, плод неторопливо поплыл к маленькой лодке.

Женский организм прекратил стонать, огромное насекомоподобное тело тоже перестало яростно сокращаться, она ослабленно развернулась, поползла к озеру, опустила в кровавый водоем свое пустое лицо и, извиваясь, нырнула к озерному дну.

Один из посланников легко выловил увесистый плод и разорвал гладкий, похожий на медузу, слой полупрозрачной оболочки. Наружу хлынула прозрачная и чуть густоватая жидкость, от которой несло смрадом. Второй посланник протянул из-за спины сотканное из козьего пуха покрывало. Оторвав присоединенные к коже мальчика сосуды и нервы, они вытерли тело насухо и закутали.

Лодочка вновь заскользила к мосту в середине озера.

Вдалеке, на ступенях у моста, спокойно ожидала высокая, стройная фигура человека.

Внутри темной багровой пещеры его длинный белоснежный наряд напоминал белый цветок камелии, распространяющий вокруг безмятежное свежее благоухание. Одеяние было солидным и роскошным, словно сотканное из нежнейшего пуха. Края бортов на груди, как и на подоле платья, были расшиты светло-золотым треугольным орнаментом.

Он стоял, опустив укрытую капюшоном голову, лицо скрывала тень.

Двое посланников, держа в руках мальчика, взошли на ступени и передали покрывало человеку в белом.