Книга Кровавый пир, страница 85 – Го Цзинмин

— Он специально выпускал Снежное Жало для охраны после того, как мы все заснем. Хоть дворец и выглядел пустым и с заслоном из золотой бирюзы здесь должно было быть безопасно, Инь Чэнь все же осмотрительный человек. Он каждую ночь отправлял Снежное Жало держать караул, поэтому когда тот услышал в библиотеке странный шум, то посчитал, что к нам вломились враги.

— Это всего лишь твои догадки или же?.. – Казалось, ее объяснение не слишком устроило Юхуа.

— Так мне сказал Инь Чэнь. Я задала ему такой же вопрос. – На лице Ляньцюань появилась улыбка.

— И это был его ответ?

— Именно. – От выражения лица принцессы в душу князя тоже закралось смутное беспокойство. – А что?

— Снежное Жало – его зверь, а не Ци Лина. Разве он не должен был найти своего князя, когда заметил что-то странное в библиотеке? Зачем он пошел за Ци Лином? – медленно задала вопрос Юхуа, глядя на Ляньцюань.

Та застыла.

— Я знаю почему… – Принцесса видела, как она меняется в лице. – В ту ночь Инь Чэня не оказалось в комнате. После того как Снежное Жало не нашел его, ему оставалось лишь пойти за Ци Лином. Это единственное разумное объяснение.

Лицо Гуйшань Ляньцюань чуточку побледнело. Задувающий с балкона зимний ветер поднял с ее лба несколько прядок волос, мягко коснулся прямых, уверенных бровей.

— Не желаю знать, куда ходил Инь Чэнь и что вы задумали на самом деле. Я никогда не считала, что эту спасательную миссию ждет успех. – С этими словами Юхуа повернулась к выходу; пройдя мимо молчащей Ляньцюань, она направилась к концу длинного коридора. – Просто не хочу, чтобы Ци Лин в одиночестве, как глупец, отправился вслед за вами на верную смерть. Он слишком глуп – настолько, что хочется дать ему пощечину, чтобы очнулся. Ты сказала, что защитишь меня, и я верю, что эти слова были искренними. Надеюсь, Ляньцюань, что и Ци Лина ты тоже сможешь защитить. Постарайтесь хотя бы не навредить. – Сделав несколько шагов, она повернула голову и встретилась взглядом с глазами Пятого князя. – В этом мире он последний, кто чист и безвинен. Нас такими уже не назвать.

Переодевшись в темно-серый плащ с капюшоном, Тяньшу Юхуа шла по просторному двору. Она видела, что вдалеке, у главных ворот резиденции, под дубом стояли Инь Чэнь и Ци Лин, уже переодетые в наряды простых путешественников.

Возможно, ей просто показалось, но девушке вдруг подумалось, что Ци Лин больше не был тем невежественным мальчишкой, которого она когда-то повстречала в Ренне. Теперь он выглядел намного крепче, его мышцы стали тверже, на подбородке прибавилось темноватой щетины, и в нем стало ощущаться больше мужественности.

— Ну наконец-то, сколько же требуется девушке усилий, чтобы просто выйти из дома? – Апостол выпятил грудь, на его лице играла все та же улыбка, которая, казалось, никогда не угаснет, – теплая, как прогретая закатным солнцем пряность. – Ведь вы там не прихорашиванием были заняты? Сражаться же идем! Все измажемся в пыли, и волосы превратятся в гнездо, так что наводить красоту бессмысленно.

Юхуа закатила глаза, с губ сорвался презрительный смешок, вот только внутри появилось такое ощущение, словно поверхности спокойного озера осторожно коснулась пара нежных рук и пустила по нему круги печальных волн.

Она обернулась: позади молчала величественная резиденция. Возможно, после их ухода непоколебимо простоявший сотни лет дворец императорской семьи медленно превратится в заросшие бурьяном развалины посреди девственной природы. Теперь некому было с усердием подрезать веточки во дворе, некому подвешивать на галереях сияющие цветные фонарики во время фестиваля Юэчэн, некому осторожно разбирать необъятное море записей в библиотеке… Всей былой славе, величию, истории взлетов и падений ее семьи – всему этому предстояло оказаться похороненным, стоило ей отвернуться.