Книга Чудесные механизмы, страница 101 – Цинхань Цэцэ

— Что стоим, чего ждем?

Тот разжал кулаки и приложил неимоверные усилия, чтобы удержать свои эмоции под контролем:

— Я не умею.

— Умеешь. – А-Нань закинула ногу на ногу и беззаботно продолжила добавлять детали на свое чуднóе изделие. – В конце-то концов, как годный слуга может не уметь воду греть?

А в будущем еще и ноги мне мыть научишься!

«Терпи ради цели, терпи ради цели», – повторял про себя Чжу Юйхэн, стараясь успокоить свое дыхание.

Подняв кадку, он спросил А-Нань:

— Где воду взять?

— Как выйдешь из переулка, поверни налево, пройдешь шагов сто, и там будет колодец с пресной водой. Иди уже.

Чжу Юйхэн ушел и долго не возвращался.

А-Нань успела вздремнуть, свернувшись клубочком на стуле, но он так и не вернулся. Какой же высокомерный и спесивый этот Сун Яньцзи, наверняка считает себя на голову выше остальных, вот и думает, что ниже его достоинства будет прислуживать ей. Неужели он решил в бега на год податься? Ну уж нет, так дело не пойдет, ей еще нужны его руки!

Придерживая край юбки, она спрыгнула со стула и уже собралась отправить в погоню, как вдруг услышала какое-то движение во дворе. Он вернулся и с грохотом опустил на землю кадку с водой, с таким же шумом поставил на очаг котелок и с отсутствующим выражением лица достал огниво, готовясь разжечь пламя.

Вот только наследный внук императора никогда раньше таким не занимался, поэтому сразу стал поджигать огнивом толстые ветки хвороста. Он провозился с этим долго, огниво почти потухло, а хворост все еще не занялся.

Не убежал, и славно. А-Нань успокоилась и, прищурившись, спросила его, обняла косяк двери:

— Эй, руки не устали-то так долго держать огниво?

Огниво уже почти сгорело, его пепел налип Чжу Юйхэну на лицо. Он молча поднял руку, чтобы протереть лицо и уставил на нее пристальный взгляд, так ничего и не сказав. Серые полоски, образовавшиеся на его суровом лице, особенно выделялись на белоснежной коже. А-Нань не удержалась, прыснула со смеху, а затем и вовсе расхохоталась.

Этого Чжу Юйхэн уже не мог вынести. Резко выдохнув воздух, он поднялся, пинком ноги открыл дверь и вышел на улицу.

— Что такое? – крикнула ему вдогонку А-Нань. – Когда кабальную запись подписывал, ты обещал твердо следовать своему слову, а в итоге не прошло и двух больших часов, так ты сразу сдаваться?

Чжу Юйхэн не удостоил ее вниманием и просто хлопнул дважды в ладоши.

В ту же секунду из черного переулка выскочил тот подвижный толстяк. За несколько мгновений он управился с розжигом и тут же снова исчез в темноте ночи.

Языки пламени облизывали хворост, издавая легкое потрескивание. От отблесков огня очертания всех предметов вокруг стали отчетливее.

Скрестив руки, А-Нань уставилась на Чжу Юйхэна и сказала с натянутой улыбкой:

— Что, у моего домашнего раба завелся свой прислужник?

— Ты же просто помыться хотела, нет? Какая разница, кто тебе воду подогреет? – безразлично ответил тот.

— Ладно, ладно, проехали.

Целой кадке воды нужно было немало времени, чтобы нагреться. А-Нань зевнула и уже хотела вернуться обратно в комнату, как вдруг услышала его тихий вопрос:

— Как ты выиграла?

— Что за вопрос? – Девушка устала и не совсем поняла, что к чему.

— Последняя партия… У меня ни при каком раскладе не было шансов на поражение, – размеренно сказал Чжу Юйхэн, глядя на пламя. – Это была важнейшая партия, я от начала до конца следил за твоими руками, если бы ты только попробовала сжульничать – я бы непременно обнаружил это.