Книга Чудесные механизмы, страница 112 – Цинхань Цэцэ

В послеполуденный летний час от прикосновения ее руки коже стало прохладно, они сидели близко, поэтому их плечи, естественно, соприкоснулись.

Чжу Юйхэн неловко отодвинулся, опустил взгляд на цичжунъи в руке, помолчал с минуту и приступил к разбору головоломки.

Как А-Нань и сказала, этот цичжунъи действительно требовал специальных приемов и движений рук для разборки. Интервалы между кольцами были подобраны крайне хитро, пальцы должны были принимать странные позы, то сгибаться, то разгибаться, то сжиматься, то растягиваться, только так можно было перемещать и снимать эти кольца.

— Кроме тренировки гибкости пальцев, тебе еще нужно продумывать последовательность разборки. Если твои руки будут работать вместе с головой, то разобрать цичжунъи для тебя будет легче легкого. – А-Нань поджала ноги, откинулась на спинку стула и, подперев подбородок, посмотрела на его руки.

Чжу Юйхэн все схватывал на лету, выполняя длинными тонкими пальцами движения, которым она только что научила его, он ловко двигал и разъединял «Двенадцать небесных дворцов». Движения часто были неожиданными, казалось, суставы и связки совершенно не влияли на их траекторию.

А-Нань удовлетворенно улыбнулась. Вокруг никого не было, и девушка вдруг небрежно спросила у увлеченного тренировкой Чжу Юйхэна:

— А-Янь, для тебя важнее стрекоза или Подёнка?

— Что? – руки Чжу Юйхэна замерли, юноша поднял на нее глаза.

— Не притворяйся, я знаю, что ты задумал. – Полулежа в кресле, А-Нань слегка улыбнулась и посмотрела на него. – Ты расследуешь дело о моей стрекозе и одновременно интересуешься Подёнкой семьи Гэ. При этом члены рода Гэ знамениты своими познаниями в алхимии и оружейном деле, особенно в создании пороха, но вот только они все в ссылке. Получается, что мать Чжо Яня – единственная в семье Гэ, кто могла совершить преступление. Так что ты подстроил возвращение Чжо Яня в Ханчжоу, а когда мы собирались сменить место жительства, ты намеренно дал ему возможность пригласить тебя в Сад Радости и Восхищения, чтобы узнать побольше о семье Гэ, верно?

Чжу Юйхэн не ожидал, что девушка окажется так проницательна, но не стал спорить и только сказал:

— Ему не стоит все знать, это для его же блага. Меньше знаешь, крепче спишь.

— Да ну? По-моему, Чжо Янь очень предан тебе, а ты ради расследования готов использовать его? – А-Нань положила голову на сгиб локтя, ее кошачьи глаза пронзительно сияли, через взгляд она, казалось, могла проникнуть в душу собеседника.

Чжу Юйхэн опустил глаза, аккуратно положил цичжунъи на каменный стол перед собой:

— У меня есть причины так поступать.

— Настолько веские причины, что перед ними даже дружба теряет ценность? – усмехнувшись, спросила А-Нань. – Ты умрешь, что ли, если не раскрыть дело о поджоге Трех больших дворцов?

Его ресницы встрепенулись, в направленном на нее взгляде показалась дрожь.

— Неужели правда умрешь? – Увидев, как помрачнел юноша, А-Нань тоже нахмурилась. – Но ведь все говорят, что император к тебе очень благосклонен! Неужели, если не найти виновного, он накажет тебя так строго?

Ее простой вопрос заставил его надолго замолчать.

Его накажет не его дед, и даже не кто-либо другой.

По правде говоря, Чжу Юйхэн до сих пор не знал, откуда именно шаг за шагом приближается его смерть.