Книга Чудесные механизмы, страница 223 – Цинхань Цэцэ

— Госпожа Нань права, – кивнул дядюшка Чан, – мы оставили морскую жизнь и вернулись на сушу, с трудом добились нынешнего положения, если порвем с властями, все прошлые усилия пропадут даром, разве мы этого хотим?

— Но Господин у них в руках, – опустив голову, досадливо пробормотал Сы Линь, – а вдруг что случится…

— Об этом не стоит беспокоиться, причина ареста Господин мне уже известна. Отряд чудесных механизмов и Цзиньивэй сейчас борются между собой за Господина, каждый хочет присвоить себе заслугу по его поимке. Поэтому я решила сотрудничать с Отрядом, чтобы таким образом получить возможность снять с Господина ложные обвинения и поскорее вернуть его домой.

Услышав это, все облегченно вздохнули. Сы Цзю радостно рассмеялся:

— Серьезно? Я так и знал, что А-Нань самая лучшая! Сы Линь, теперь ты понял, надеюсь? А-Нань не просто так в тесном контакте с властями, не строй больше глупых догадок!

Увидев, что возражений больше нет, А-Нань решительно сказала:

— Тогда оставим все как есть. Первым делом нужно выбирать открытый и честный путь действий. Противостояние с властями – худший вариант, его можно будет выбрать только в случае самой крайней необходимости!

На горах по берегам озера Сиху далеко друг от друга стояли пагода Баочу и пагода Лэйфэн, одна на севере, другая на юге. Баочу стройная, как юная красавица, Лэйфэн величественная, как старый монах.

А-Нань пересекла Сиху на маленькой лодке, подняла голову и вгляделась в пагоду Лэйфэн, величественно возвышающуюся на вершине горы, словно охраняя все озеро. В последние годы прошлой династии пагода Лэйфэн была разрушена пожаром, остался лишь кирпичный восьмиугольный сердечник из красных, как пламя, кирпичей, долго возвышавшийся, заброшенный и обветшалый, на горе Сичжао. Сейчас, когда наконец наступила эпоха процветания, ученые мужи Цзяннани пожертвовали средства и пагода Лэйфэн была восстановлена.

А-Нань вышла на берег у плотины Су Гуна и направилась к пагоде Лэйфэн. Подойдя к подножию здания и подняв голову, она увидела, как Чжу Юйхэн в сопровождении группы высокопоставленных монахов осматривает пагоду. Одетая весьма ярко, А-Нань чувствовала бы себя неловко среди священнослужителей, поэтому не подошла к ним, а принялась разглядывать восстановленную пагоду Лэйфэн.

Она была высотой в двадцать четыре чжана, выполнена из лавра, которым снаружи отделали оригинальный кирпичный сердечник. Вокруг пагоды вились галереи, еще больше подчеркивавшие ее восьмиугольную форму, величественное наследие древности. Сейчас вершина пагоды была еще покрыта красной тканью, в ожидании церемонии освещения.

Девушка опустила взгляд и увидела Чжу Юйхэна, стоящего в павильоне, его взгляд тоже был устремлен на нее. Он был в жемчужно-сером шелковом юэло с темно-золотым расшитым поясом, туго стягивающим талию. Золотой и пурпурный цвета одежды подчеркивали его благородство, словно светились даже в эту пасмурную погоду. Увы, его высокомерие и холодность, отчужденность и замкнутость, были способны отпугнуть обычных людей.

Однако А-Нань не была обычным человеком. Она улыбнулась ему сияющей улыбкой и энергично помахала рукой.

Взгляд Чжу Юйхэна ненадолго задержался на ней, и, хотя он счел это неуместным, все же отделился от монахов, быстро вышел из пагоды и направился к ней.