Книга Чудесные механизмы, страница 25 – Цинхань Цэцэ

— Она поселилась у меня восемнадцатого числа третьего месяца, – поспешно закивал старик. – Я сразу же сообщил об этом старосте, все как на духу выложил.

— Почему она одна приехала в Шуньтяньфу? Чем обычно занимается?

— Девушка А-Нань приехала по пропуску, выданному управой Гуанчжоуфу. Я слыхал, что она сама с побережья, как-то раз с ней приключилась беда – упала в море, руки-ноги переломала, поэтому поехала в Шуньтяньфу просить помощи у родни, а заодно и лечиться от последствий переломов. Вот только воды уже слишком много утекло, родню не нашла, так что покамест у меня остановилась. Последние несколько дней девушка-то и правда несколько раз ходила в портовый переулок к лекарю Вэю на лечение. Вот только когда она поселилась у меня, я не заметил, чтобы с ее руками или ногами было что-то сильно не так, вполне себе здоровые и крепкие.

— Она, случаем, не из заморских стран вернулась на родину? – После путешествий старшего евнуха Саньбао по Западному океану ^[48] из заморских стран в империю стали прибывать купцы, путешественники из империи тоже отправлялись в экспедиции, однако было неслыханно, чтобы женщина решилась на подобное в одиночку. – Заметили ли вы еще за ней какие-либо странности, кроме тех, что уже назвали?

— Э-э-э… – домовладелец крепко задумался и растерянно произнес: – Эта девушка со всеми подряд дружбу заводит. По соседству с нашим хутуном Дуаньсун находится хутун Яньчжи ^[49], так она прям спелась с девицами оттуда, будто с пеленок знакома. Это… сойдет?

— Что-то еще есть? – Чжу Юйхэн покачал головой.

— Что-то еще… Девушка хоть и живет в одиночку в маленьком доме с двориком, явно не из робких, но по натуре бойкая, с широкой душой. Ничего особо странного за ней, кажись, не водится…

Чжу Юйхэн дал старику еще несколько минут на размышления, но, увидев, что тому правда больше нечего добавить, холодно произнес:

— Дедушка, коли уж вы явились в присутствие, должны знать, что к чему.

— Разумеется! – Старик содрогнулся от ужаса и поспешно отвесил поклон. – Я человек маленький, у меня рот непременно как закупоренная бутылка будет! Все-все, что благородный муж у меня спрашивал, я тотчас забуду, как только из этих дверей выйду.

Чжу Юйхэн поднял руку, дав старику понять, что тот может удалиться.

Когда дверь закрылась, юноша остался один в пустом помещении. Сидя за столом, он пристально уставился на лист из папки, на котором в нескольких лаконичных строках была описана девушка.

«А-Нань. Девушка, живущая южнее южных земель».

Солнце уже клонилось к западу, время утекло стремительно. Косые лучи светила, проникнув в комнату сквозь оконные переплеты ^[50], постепенно доползли до его пальцев. Словно ошпаренный кипятком, юноша резко сжал ладонь, а потом, будто приняв важное решение, вскочил на ноги, запихнул лист в рукав одеяния и вышел на улицу.

Вэй Ханчжи тенью проследовал за Чжу Юйхэном, когда тот широким шагом переступил через порог присутствия и вскочил на коня. Увидев, что Его Высочество собрался уезжать, отдыхавшие во дворце телохранители поспешно поднялись с земли и хотели отправиться с ним, однако Чжу Юйхэн лишь осадил коня, повернулся к ним и, наискось резанув хлыстом воздух, дал понять, чтобы они не вздумали приблизиться. Свита замерла на месте как вкопанная, никто не посмел ослушаться приказа принца.