Книга Чудесные механизмы, страница 74 – Цинхань Цэцэ

— Вот еще соломинку в волосы воткну, так можно сразу в рабы подаваться! ^[84] – посмеялась над собой А-Нань, одернула слишком короткий подол юбки и пошла вверх по ступенькам.

Торговый квартал был наполнен деятельной суетой, по улочкам туда-сюда сновали люди, жизнь била ключом. Из придорожного кабачка донесся аромат еды, вызвав у уже очень давно ничего не евшей А-Нань урчание в животе. Погладив себя по животу, она задумалась, как ей лучше поступить с учетом обстоятельств: незаметно уйти или сначала поесть на широкую ногу?

Пока она прикидывала, как будет правильнее, кто-то с силой ударил ее в плечо, отталкивая в сторону. Это был прислужник кабачка, стоявший у входа в заведение.

— А ну пошла отсюда, уходи! Откуда ты выплыла, рыбачка? Зачем вход перегородила и торговать нам мешаешь?

Застигнутая врасплох, А-Нань не удержала равновесие от его толчка, шарахнулась назад и ударилась спиной о камень, к которому привязывали лошадей. От резкой боли ей даже вздохнуть было трудно.

Прислужник не унимался. Увидев, что девушка все еще стоит на месте и продолжает смотреть на него, он замахал на нее руками, пытаясь прогнать.

Потирая плечо, А-Нань уставилась на кисть прислужника, мелькавшую прямо у ее лица, внутри у нее словно разгорелся огонь. Она незаметно подняла правую руку, ей было все равно, что на улице полно людей, девушка была готова лишить этого наглеца пальца.

— Ты уйдешь или нет в конце концов?! – прислужник продолжил кричать, как вдруг с глухим шлепком на его спину обрушился тяжелый удар бамбуковой палкой.

В следующий миг раздался женский голос:

— Что ты себе позволяешь?! Как ты смеешь лезть к человеку?

А-Нань подняла голову и с удивлением обнаружила, что это была Ци Ся, с которой они познакомились в хутуне Яньчжи. Сейчас, держа в руках бамбуковую флейту ди, она лупила кабатчика.

Увидев, что перед ним простая певичка-куртизанка, кабацкий служка вцепился во флейту и хотел вырвать ее из рук девушки, как из-за спины Ци Ся появился мужчина и, обмахиваясь веером, отбил его руку и миролюбиво произнес:

— Довольно, она же просто остановилась ненадолго у твоего заведения, вот и все. Неужели это такое великое преступление, что нужно орать на всю улицу и до слез пугать бедную девушку?

Говорившему юноше казалось на вид чуть больше двадцати лет, головной убор его был инкрустирован белым нефритом, а веер в руках украшала позолота. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять – он из очень знатной семьи. Одет он в плотно облегающий тело еса из темно-синего шелка, расшитого золотыми нитями. В поясе поблескивали вплетенные в него золотые бляшки, а сама талия выглядела идеально: добавишь цунь – слишком широко, уберешь цунь – станет слишком худосочным. Своим гармоничным сложением, высоким ростом и стройностью юноша напоминал молодой побег бамбука.

Лицо у него тоже было красивым, такие черты особенно нравились молодым девушкам. Вот только обнимая Ци Ся, он расплылся в сальной улыбке и оценивающе осмотрел А-Нань. По лицу было видно, о чем он думает, и сразу стало ясно, что достоинством он не отличается.

— Ох, это вы, наследник дома Чжо! – Лицо прислужника тут же растянулось в льстивой улыбке, он поспешно поклонился. – Вы все совершенно правильно говорите! Но я ведь только боялся, что если тут грязно станет, то вам неприятно будет откушать в нашем кабачке.