Книга Чудесные механизмы, страница 91 – Цинхань Цэцэ

— Нет, – Чжу Юйхэн покачал головой. – Мне нужно сначала разобраться в правилах. Начинаем сейчас и играем до третьей ночной стражи ^[101], время измеряем водяными часами. Как только время выйдет, прекращаем игру и подсчитываем фишки.

— Договорились. У кого хоть на одну будет меньше, тот и проиграл. – А-Нань в целом было безразлично, она подала знак стоявшим поблизости людям, чтобы те подали домино. – Начинаем!

Сто двадцать восемь плиточек домино лежали рубашкой вверх на гладкой поверхности стола из сандалового дерева. Увидев, что оппонент не собирается шевелиться, А-Нань сама протянула руку и начала перемешивать плиточки, одновременно пытаясь украдкой рассмотреть человека напротив.

Сквозь бамбуковую шторку его очертания считывались смутно, но было четко видно, что его задумчивый взгляд, как и прежде, устремлен на нее. При этом он совершенно не обращал внимания на ее движения руками, как будто совершенно не боялся, что она захочет схитрить.

А-Нань почувствовала несостыковку – такой самоуверенный и спокойный, неужели он умудренный опытом мастер игорных домов? Только они приступили к игре, как девушка сразу поняла, что очень сильно ошиблась. Юноша очень неловким движением брал кости, не знал, как вообще выставлять кости на стол, и подглядывал за тем, как это делает она.

Неужели он впервые в жизни в домино играет?

Вспомнив, что юноша сказал, что ему нужно разобраться в правилах, А-Нань чуть было не расхохоталась. Победа сама шла к ней в руки! Просто прекрасно, у нее есть время аж до третьей стражи. Интересно, как сильно она его обыграет? Ну и олух!

На заднем дворе никого, кроме них, не было, вокруг стояла полная тишина, только толстяк стоял подле них, периодически подливая им чай.

Юноша играл и впрямь плохо, сразу было видно, что он абсолютный новичок. Ему даже приходилось просить толстяка пояснять правила, только тогда он мог сделать ход.

А-Нань расслабилась еще сильнее, даже завела разговор с Чжу Юйхэном, скрытым от нее шторкой:

— Эй, а при дворце никто, что ли, играть не умеет?

Толстяк в тот же миг переменился в лице и растерянно посмотрел на Чжу Юйхэна. У того дрогнула рука, и он выложил кость, которую ни в коем случае нельзя было выставлять:

— Как ты поняла, что я при дворе служу?

— Неужели и в Отряде чудесных механизмов никто не играет? – А-Нань пришла в восторг, «вытолкнула ряд», выиграв очередной раунд, а затем потянулась за новой партией плиточек. – Разве люди вашего уровня могут спрятать свое положение? Командующий Сун Яньцзи, что скажешь?

— Э-э-э…, – казалось, кто-то сдавил глотку толстяка, в горле булькнуло, но он сдержался и проглотил то, что хотел сказать.

Чжу Юйхэн тоже промолчал, даже не шелохнулся, однако в его не изменившейся сидячей позе чувствовалось что-то мрачное.

Увидев, как юноша переменился в лице, толстяк осторожно повернулся к нему и раскрыл рот, собираясь что-то сказать.

— Оставь нас, – холодно бросил Чжу Юйхэн.

Толстяк поспешно поклонился и быстрым шагом покинул павильон.

Чжу Юйхэн не спеша перетасовывал кости в руках, от его голоса веяло прохладой, когда он нерешительно спросил:

— Ты… как ты определила мое положение?

— Угадала. – А-Нань быстро сложила кости, бывшие у нее в руках, ей было очень радостно на душе от того, что он вот так опростоволосился перед ней. – По твоему поведению видно. Все в Отряде чудесных механизмов так почтительно к тебе относятся, а тут еще раз – и отгрохал такой спектакль на задворках игорного дома. Человек ты явно большой. Я слышала, что настоящий владелец Башни Весенних Волн – командующий Сун, ну вот и предположила. Не думала, что сразу так легко угадаю!