Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
Преждан вдруг застыл, как будто его схватили за руку. Празднество наполнило его горячим возбуждением и трепетом, а вид княжны вдруг пронзил его восторгом и тоской. Он как будто впервые увидел ее, увидел по-новому. Не замечая свистящих вокруг снежков, Преждан стоял и смотрел на Даровану, как будто сам стал ледяным идолом. Она вдруг перестала смеяться, ее лицо сделалось серьезным. Повернув голову, она посмотрела на крыльцо. Там стоял княжич Светловой, с мягкой безразличной улыбкой наблюдая за поединком огня и тьмы. Преждан и сам не мог понять, какой же злобный зимний дух толкнул его под руку; мгновенно прицелившись, он метко бросил снежок, попав прямо в лоб княжичу. Светловой отшатнулся назад, вскинул руки к лицу, а Преждан ощутил острейшую радость, словно поразил самого Кощея. * * * Рукавом стирая с лица снег, Светловой вернулся в гридницу. Здесь никого не было, только огонь в очаге горел, как живое существо, хозяин дома. Светловой сел возле огня, осторожно трогая пальцами бровь. Еще синяка не хватало. В детстве он не очень-то любил мальчишеские драки и игры в снежки, поэтому снежок, неведомо чьей рукой запущенный ему в лицо, причинил не только боль, но и обиду. «Случайно! – утешал себя Светловой. – Я же зла никому не сделал. И не я у них «бедный Коляда». В такой суетне и родному отцу в лоб попадешь, не заметишь!» Скрипнула дверь, пахнуло свежим дыханием мороза и снежной пылью, тихо звякнуло промерзшее серебро. Словно прохладная рука толкнула Светловоя в плечо. Еще не обернувшись, он узнал Звенилу. Чародейка села возле него, как снежный вихрь, снеговая пыль летела от ее одежды, сыпалась из длинных распущенных волос, как у самой Зимерзлы, и мгновенно таяла под жарким дыханием огня. Светловою на миг стало жутко: ему представилось, что сейчас она растает, как та снежная старуха. Растечется лужицей по плахам пола… Звенила глубоко, возбужденно дышала, ее глаза казались огромными и жадно впитывали пламя. Она как будто слишком простыла на дворе и сама хотела скорее вернуться из мира Надвечной Зимы, с которым говорила сейчас, в мир живых. — О чем грустишь, светлый воин? – тихо спросила она и медленно подняла глаза на Светловоя. – Все еще жалеешь о ней? Светловой нерешительно повел плечом. Ему недоставало Смеяны, к которой он успел привыкнуть, но острой тоски не было. — Она помогала мне, – сказал он, немного помолчав. – Была моей удачей. Обещала помочь мне. — Она помогла тебе! Сохранила тебе твою невесту, а сама ушла к чужому человеку вместо нее. Назначение ее исполнено. — Вот как? – Светловой вгляделся в лицо чародейки. — Да! – Звенила повернулась к нему и крепко сжала его теплую руку своими цепкими, тонкими, холодными пальцами. – Держимир хотел отнять твою невесту. Он увез вместо нее ту девушку, которая была с тобой. Сама того не желая, она спасла твою невесту. Теперь сама она далеко и не вернется к тебе. — Да зачем… – горестно ахнул Светловой. – Мне вовсе не нужна невеста! Мне нужна она, Смеяна! Она обещала помочь мне найти… — Найти ту, о которой ты думаешь непрестанно, ту, что заполнила твое сердце и осветила взор, ту, без которой тебе нет радости в жизни! – горячо подхватила Звенила, и Светловой молчал, изумленно глядя на нее. В ее лице горело воодушевление, по тонким чертам пробегала судорога, в глазах плясало пламя очага. – Эта желтоглазая дочь леса не нужна тебе! – горячо продолжала Звенила. – Она сделала то, для чего ее предназначили боги: отвела от тебя громовое колесо, убрала врага с твоего пути! Дальше ты пойдешь без нее! Ты добудешь ту, которая заполнила твое сердце! Добудешь свою Весну, и она останется с тобой навсегда! |