Книга Медь в драгоценной шкатулке, страница 100 – Мария Архангельская

Я от всех этих приготовлений оказалась отстранена, всем руководила Благородная супруга, лишь временами спрашивавшая моего мнения. Но я неизменно одобряла — вкус у госпожи Тань был отменный. Мой штат опять расширился, и даже больше, чем я ожидала: оказалось, что просто комнатных девушек и евнухов уже недостаточно, как супруге первого ранга мне полагается по меньшей мере парочка дам благородного происхождения.

— Если сестра Соньши не возражает, я подберу для неё подходящих девушек, — предложила госпожа Тань, и я благодарно кивнула:

— Я перед вами в неоплатном долгу.

Всё равно я не знаю никого из этих девиц, и выбирать мне придётся наугад. Так что если Благородная супруга и задумала подсунуть мне свою соглядатайку, нет никакой гарантии, что мой выбор окажется лучше.

Мы неторопливо, как и подобает старшим жёнам, вышли из моего нового дома. В целом дворец Объединения Добродетелей мне нравился — он был выше, в два этажа, и как-то изящнее и воздушнее довольно тяжеловесного дворца Лотоса. Похоже, что Императорский город строили разные архитекторы, так как при всем внешнем сходстве разные строения заметно отличались.

— Старшая сестра, можно задать глупый вопрос? — спросила я, рассеянно наблюдая, как мимо тащат несколько растений в кадках и устанавливают их у крыльца и вдоль короткой деревянной галереи, отделяющей первый двор от следующего.

— Какой?

— Бывают ли супруги второго ранга? У меня был третий, теперь первый… а второй?

— Бывают, — Тань Мэйли поправила высокий воротник-стойку. — Если все четыре места старших жён уже заняты, или если его величество хочет повысить чей-нибудь ранг, но считает, что первого женщина всё-таки не заслуживает… То может дать и второй. Обычно он тоже сопровождается титулом, но уже не утверждённым в «Уложениях», а изобретённым для конкретного случая. Например, у деда нашего императора была Прекрасная супруга второго ранга. А у императора Гай-ди — Изящная супруга. Кстати, в «Историях о прославленных женщинах» есть глава и о ней.

— А, да, верно. Я и забыла эту деталь.

Мы снова посмотрели на дворец.

— Что ж, думаю, что работа почти закончена, и уже сегодняшнюю ночь сестра сможет провести под этой крышей, — с улыбкой подытожила госпожа Тань. — Его величество, должно быть, придёт тебя навестить.

— Уверена, что его величеству всё понравится.

— Кстати, ты знаешь, что государь любит хошонское вино? Его трудно достать, но у меня остался кувшин. Если хочешь, я могу прислать его тебе.

Я рассыпалась в благодарностях. Услужливость Благородной супруги несколько настораживала, но с другой стороны, избавляла от множества проблем. К тому же она оставалась одной из немногих, кто относился ко мне дружелюбно, и тут уже было не особо важно, насколько это искренне. Остальные только что не шарахались в открытую, и я то и дело слышала за спиной шипение «Ведьма!» И, если честно, мне не удавалось даже однозначно их осудить. Сама бы я на их месте подумала то же самое. Господи, неужели для того, чтобы очаровать высокопоставленного мужчину, достаточно экзотической внешности и отказа откровенно вешаться ему на шею? Других достоинств я у себя найти не могла — во всяком случае, способных привлечь такого человека, как наш император.

Сам он, кстати, после объявления указа встретился со мной как ни в чём не бывало. Словно и не было никакой сцены с обыском. Выслушал благодарность с улыбкой доброго дедушки, которому удалось порадовать внучку, и предложил заняться чем-то более приятным, чем пустые разговоры. Впрочем, через некоторое время он всё же спросил про кольцо. Но я держалась первоначальной версии: кольцо — память о доме.