Книга Медь в драгоценной шкатулке, страница 148 – Мария Архангельская

— Ваше величество, если мои слова не подтвердятся, предайте подданного любой казни, — сказал Кей у меня за спиной. — Но теперь надо спасать госпожу Драгоценную супругу. Я уже приказал запрячь карету. Если выехать прямо сейчас, до рассвета можно достигнуть ближайшего монастыря.

— Они идут, — сказала я, отворачиваясь от окна. Шум за ним становился сильнее, он накатывался, как волна. — Мейхи, подай мне платье.

— Они не посмеют, — император поднялся и подошёл ко мне. — Я их государь!

— Ваше величество, я не буду рисковать вашим ребёнком, — я сама удивилась стальным ноткам, прозвучавшим в моём голосе. Таким тоном я с ним ещё не разговаривала, и, кажется, император несколько опешил. Тем временем бледная Мейхи метнулась ко мне с ворохом ткани. Две другие девушки застыли как статуэтки.

— У вас нет времени одеваться, — Кей поднялся на ноги. — Накиньте верхний халат, сейчас тепло.

Я кивнула — и застыла, пронзённая внезапной мыслью:

— Лиутар!

— Областной госпоже ничего не угрожает, — тон Гюэ был спокойным и уверенным. — О ней никто не вспомнил, им нужны только вы.

Его слова звучали насколько веско, что я почти против воли кивнула и натянула халат.

— Соньши… — император отмер и схватил меня за руку. — Ты же не думаешь… они не… Они не посмеют, ведь ты моя супруга!

— Уже посмели, ваше величество, — сказал Кей. Шум всё нарастал, и я физически чувствовала, как одна за другой утекают драгоценные секунды.

— Ваше величество, — тихо проговорил господин Кан. — Боюсь, что он прав.

— Ваше величество, — добавила я, — мы скоро встретимся. Когда всё успокоится, вы вернётесь за мной.

Иочжун сглотнул — и молча кивнул, разжимая руку.

— Будет лучше, если ваше величество останется здесь и постарается их задержать, — добавил Кей. — Чтобы мы могли отъехать подальше. Госпожа, возьмите с собой одну служанку, в карете мало места.

Я кивнула Мейхи, и мы втроём быстро вышли. У порога я невольно оглянулась. Император стоял посреди комнаты — одинокий, несмотря на прислугу вокруг, растерянный старик, в котором не осталось совершенно ничего царственного. Все было сброшенные им годы вернулись в один миг, и привели с собой новые, сделав его ещё старше.

Когда мы вышли, в ворота уже колотили, но Кей повёл нас чёрным ходом. К задним дверям бунтовщики, к счастью, ещё не добрались, и карета предусмотрительно стояла у самой калитки, а возница уже сидел на козлах. Для самого Кея тоже была готова лошадь, он помог нам взобраться в кузов и вскочил в седло сам. Карета тронулась, стук колёс и копыт показался оглушительным. К счастью, дорога почти сразу ныряла в лес. Я несколько раз оглядывалась, выглядывая из окошка, но лесные заросли почти сразу скрыли станцию из вида. Было так темно, что я почти не видела сидевшую рядом Мейхи. Я зачем-то нашарила её руку, и её пальцы сжали мои. Так мы и ехали, крепко держать за руки. Не знаю, сколько прошло времени, минут двадцать, или полчаса, а потом Кей, ехавший позади, вдруг прибавил ходу, пронёсся мимо окна и возгласом остановил карету. После чего поравнялся с окном и заглянул внутрь.

— Госпожа, — его лица в темноте видно не было, — за нами погоня. Они верхами и, боюсь, в карете мы от них не уйдём. Но я могу взять вас в седло и попытаться проехать лесом.

Я снова высунулась из окна, но ничего не увидела и не услышала. Тем не менее мысли, что он шутит, у меня не возникло.