Онлайн книга «Новые пути. Книга 2»
|
— Смотрите, Пятиярусная пагода! — указала Жулань. — Самая высокая в городе. А вон там — монастырь Нефритового Будды. В нём есть статуя Будды, вырезанная из цельного куска нефрита! Линьсюань кивал, стараясь не показывать достойного последнего деревенщины любопытства. Между тем в дальнем конце улицы возник какой-то переполох. Он приближался, и вскоре до путников донёсся частый перестук копыт. До сих пор всадники, которых видел Линьсюань, ехали шагом, а то и вовсе шли пешком, ведя лошадей в поводу. Но эти мчались галопом чуть не во всю ширину улицы, и люди спешно разбегались в стороны, прижимаясь к стенам. Линьсюань с Жулань последовали общему примеру, и кавалькада промчалась мимо — молодые, богато одетые парни с развевающимися волосами издавали весёлые возгласы, наслаждаясь скачкой, и дружно расхохотались, когда один из них сбил прилавок с фруктами. Груши, яблоки и персики раскатились в разные стороны, торговец с руганью кинулся их собирать, а всадники с гиканьем завернули за угол, и оттуда сразу же раздался женский крик. Когда Линьсюань добежал до угла, вокруг лежащей на камнях девушки уже собралась толпа. Приговаривая «Разрешите, позвольте», Линьсюань протолкался к пострадавшей, мужчина, которого он взял за плечо, возмущённо дёрнулся, но разглядел, кто перед ним, и молча посторонился. Заклинатель нащупал тонкое запястье, потом тронул венку на шее. Поднял глаза, столкнулся с полным отчаянной надежды взглядом пожилой женщины, стоявшей на коленях напротив, и медленно покачал головой. Женщина закричала, запричитала, раскачиваясь и заламывая руки. Жулань ждала неподалёку. Линьсюань подошёл к ней. Они молча смотрели, как уносят тело, как под руки ведут следом рыдающую женщину. — Кто это был? — спросил Линьсюань. — Мэи? — Наверно, кто-то из младшего поколения. Я не знаю их всех в лицо… — Мэй Юйфань это, старший внук главы Мэя, — хмуро объяснил какой-то мужчина рядом. — Дружки его и кузены. Любят поскакушки устраивать. — «Юй» как «нефрит», и «фань» как «образец»? — уточнил Линьсюань. — Угу, — мужчина смачно откусил от яблока, которое держал в руке. — Про него плохо говорят, — вздохнула Жулань. — А нечего хорошо-то говорить. Ничем не заслужил. Не серчайте уж, господин бессмертный, что о вашем брате-заклинателе сужу, да только не первый это случай. Линьсюань без тени классовой солидарности махнул рукой, глядя туда, куда унеслись лихачи. Да уж, образчик нефритовый… Оставшийся путь они с Жулань проделали в молчании. Дом, к которому они подошли, ничем не отличался от остальных в этом квартале — довольно большой, но не выдающийся, стена в полтора человеческих роста, тёмная черепица на виднеющейся из-за неё крыше, Стражи порога, вырезанные на створках ворот. У самого дома Жулань вдруг замедлила шаг и сжала руки, словно заколебавшись, а потом решительно взялась за дверное кольцо и постучала. Ответа пришлось ждать примерно минуту. — Кого там принесло? — не слишком ласково спросил из-за створок надтреснутый мужской голос. — Дядюшка Пань! — крикнула Жулань в ответ. — Это я, Жулань! Загремел засов, створка приоткрылась, и наружу выглянул пожилой седеющий человек с бородкой. — Вторая молодая госпожа! — ахнул он, глядя на откинувшую вуаль Жулань. — Это и правда вы? Мы вас не ждали! Вы приехали навестить батюшку и матушку? А где же… |