Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 102 – Мария Архангельская

— Ну, покажись, — Линьсюань вышел на середину комнаты. — Я знаю, что ты здесь.

Молчание. Старуха даже не пошевелилась, только глаза блеснули ярче и словно бы насмешливо. Хотя, возможно, только показалось. Линьсюань снова вынул колокольчик. Едва раздался звон, как госпожа У вздрогнула и затряслась, сначала мелко, потом дрожь становилась всё крупнее, по мере того как Линьсюань звонил сильнее. В конце концов она уже почти билась в припадке на постели, потеряв гребень, но это было всё, чего ему удалось добиться. Лиса не показывалась.

— Ну, ладно, — пробормотал Линьсюань. Было ещё одно, последнее известно ему средство, довольно рискованное, потому что делало уязвимым самого заклинателя. Но едва ли оборотень успеет его уязвимостью воспользоваться. Одной рукой Линьсюань вытащил пустой листок — заготовку для талисмана, а другой нашарил в цянькуне нож. Уколол палец остриём, стремительно начертил на бумаге несколько иероглифов кровью и с размаху прилепил талисман старухе на лоб.

Воплю, который издала старая госпожа У, позавидовал бы голодный койот. Собственно, Линьсюань никогда не слышал вопля голодного койота, но усвоил это сравнение из любимых в детстве приключенческих книжек и по привычке использовал до сих пор. Старуха широко распахнула беззубый рот, в последний раз содрогнулась всем телом — и, стекленея глазами, повалилась на бок, как безжизненная кукла. Что-то ворохнулось под её многослойными одеждами, словно в платье запутался некрупный зверь, стремившийся выбраться наружу. С полминуты зверь выкручивался из многочисленных одёжных слоёв, а потом вывалился из-под края шёлковой юбки, спрыгнул на пол и замер, уставившись на Линьсюаня.

— Вот и свиделись, госпожа лиса, — приветствовал её заклинатель.

Лиса оскалилась. Она выглядела совершенно обыкновенной — не седая, не облезлая, но и очень ухоженной и лоснящейся тоже не казалась. Шерсть на загривке топорщилась иглами, а на хвосте так даже слегка свалялась. Встретишь такую в лесу, и никогда не подумаешь, что перед тобой колдовское существо, способное творить чудеса. Впрочем, режущая глаз своим несоответствием обыкновенность продержалась совсем недолго. А потом тварь щёлкнула зубами — и начала расти. Раздуваться, словно воздушный шар, накачиваемый газом.

Опешивший Линьсюань пропустил момент, когда она была ещё сравнительно невелика, и выхватил меч лишь тогда, когда лиса достигла размеров телёнка. Снова щёлкнув зубами, на этот раз куда звучнее, тварь припала на передние лапы — и атаковала.

Линьсюань увернулся, попытавшись полоснуть её по морде мечом: если такая туша врежется в него, то собьёт с ног и успеет вцепиться, даже будучи смертельно раненной. Но лиса тоже была не лыком шита, и отскочила в сторону с проворством, которое трудно было ожидать от такой туши. Крякнул под лапой раздавленный столик, и все мысли, что увеличение размеров лишь видимость, тут же вылетели из головы. Заклинатель и оборотень замерли, напряжённо наблюдая друг за другом и выбирая момент для атаки. Вообще-то против крупных тварей куда больше подошло бы копьё, позволяющее удерживать противника на расстоянии, но в комнате с копьём не развернёшься. Волей-неволей, приходилось полагаться на меч.

Он едва не пропустил бросок. Зубы мелькнули совсем рядом с лицом, одежду на груди рванули слишком острые для лисы когти. Лапа задела его лишь вскользь, Линьсюань успел развернуться, но всё равно пошатнулся. Ударил вдогон, и даже сумел её достать, но тоже вскользь, клинок слегка окрасился красным, и на движениях лисы рана никак не сказалась. Та развернулась, рыча, снова припала на передние лапы и медленно пошла кругом. Линьсюань поворачивался следом, вытянув меч в её сторону. На это раз он не стал ждать, напал сам, сделав обманное движение в одну сторону, и тут же прыгнув в другую. Меч вычертил кривую, но лиса не дала себя обмануть. Поднырнула под замах, а в следующий миг её зубы вцепились в запястье.