Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 104 – Мария Архангельская

— Вы… Вы убили старую матушку! Небо покарает вас! Я найду на вас управу! Я буду жаловаться в орден!..

— Да неужели? — процедил Линьсюань. В любом другом случае он бы только посмеялся, представив, как кто-то пытается жаловаться на него Чжаньцюну. Но сейчас руку дёргало болью, голова слегка кружилась, и было совсем не до смеха.

— Заклинателем зовётесь, а сами людей убиваете!

— Мол-чать! — рявкнул Линьсюань во всю мощь лёгких, и от него шарахнулись, а господин Шэн присел. — Не тебе бы тут возмущаться! Что тебе эта лисица, что ты её защищаешь, как мать родную? В собственном доме её пригрел? Что, так была хороша в искусстве спальных покоев?

— Да как вы смеете? — снова возмутился господин Шэн, хотя уже значительно тише. — Что бы я… да с оборотнем?!

— А что тогда? — язвительно спросил Линьсюань. Язык чесался проехаться насчёт странностей вкуса лисицы, предпочитающей молодым красавцам старого сморчка, но тут на ум пришли другие рассказы о том, чем лисы, бывало, делились со своими избранниками. — Золотом осыпала?

Господин Шэн захлопнул рот, и Линьсюань понял, что попал в точку. Надо же, оказывается и эти легенды правдивы.

— Вот только, любезный, твоей внучки хватило бы ещё на годик, не больше, — добавил он. — А потом чем бы ты с этой тварью расплачивался?

Глаза хозяина стрельнули в сторону двери. Там, едва видимые за спинами взрослых, из-за косяка выглядывали ещё несколько детей, испуганно таращившихся на грозного дядю-заклинателя.

— Ах, вот как, — чувствуя сильнейшее желание выхватить Ханьшуй и снести ещё одну голову, выдохнул Линьсюань. — Девчонок хватает, что их жалеть. Зато можно мягко спать, сытно есть и одеваться в шелка. Так?

— Не докажешь, — неожиданно спокойно отозвался господин Шэн.

Линьсюань криво усмехнулся. Доказать-то как раз проблемой не было, любой, более или менее сведущий в заклинательстве, осмотрев ребёнка, пришёл бы к тем же выводам, что и он сам. А наличие в доме лисы всё ставило по своим местам. Самое поганое состояло в другом, а именно — сам по себе договор, да и любые другие виды отношений с оборотнями, преступлением не являлись. Как и вообще все формы заигрывания с тем, что в мире Андрея назвали бы сверхъестественным. Даже пресловутый Тёмный путь, ужасный и порочный, в большинстве земель становился подсуден лишь по результатам действий заклинателя — то есть если с его помощью бы причинён конкретный вред. И в принципе Линьсюань был с этим согласен.

А какой вред причинён в данном случае? Да, никто не оспорит, что нехорошо оборотней людьми кормить, но Шэн Бао осталась жива. В лучшем случае господину Шэну можно инкриминировать покушение на убийство, точнее, сговор с покушавшимся, но дело осложняется тем, что пострадавшая возможному обвиняемому приходится внучкой. То есть — находится в почти полной власти главы семьи. Линьсюань плохо помнил просмотренный по диагонали уголовный кодекс, который Линшань позаимствовал у распавшейся империи практически без изменений. Но несколько поразивших его фактов в память врезались, в том числе и касающиеся особенностей семейного законодательства. Сколь бы плохо старший родич не относился к младшему, для закона он был практически неуязвим. Запрещалось только убийство, и то за него карали значительно мягче, чем за убийство постороннего человека. А вот, к примеру, искалечить сына, внука или младшего брата можно был абсолютно безнаказанно.