Книга Пес войны, страница 172 – Мария Архангельская

— Я так понимаю, этот визит был не первым?

— Нет, Ваше Величество, но до недавнего времени у меня не было полной уверенности. Разумеется, я постарался внедрить своих людей в окружение Императрицы, но Её Величество весьма осторожна. Господина Орнарена она принимала исключительно в то время, когда при ней были слуги, привезённые ею из Эмайи. Но нет человека, к которому нельзя было бы подобрать ключик.

Гирхарт не стал спрашивать, как именно Шармас завербовал доверенную служанку императрицы, особого значения это не имело. Поблагодарив и отпустив начальника тайной службы, император задумался. Он не собирался требовать от жены пожизненной верности, но всё равно известие о том, что Эджельстана наставляет ему рога, удовольствия не доставило. Одно дело, когда ты сам отпускаешь супругу в свободное плавание, а другое — когда она предпочитает тебе кого-то ещё. Хотя ясно, что тут дело не в нём и даже не в мужских способностях господина канцлера, каковые, впрочем, весьма сомнительны — как-никак, Орнарену уже за пятьдесят, и он даже в молодости не слишком интересовался женщинами. Более того, до того, как Орнарен овдовел, он был известен в Коэне как один из немногих мужей, свято блюдущих супружескую верность. Сплетники называли это его единственной добродетелью, добавляя, впрочем, что причиной тому было, скорее всего, нежелание расставаться с более чем солидным приданым госпожи Орнарен. Конечно, влюблённость стареющего мужчины в женщину лет на тридцать моложе него — не такая уж редкость, однако можно не сомневаться, что в данном случае и с его стороны это чисто деловой союз. Что же такого смогла предложить ему императрица, чего не смог император? Регентство? Или… брак? Как же далеко простираются его и её честолюбивые планы? Господин канцлер, а вы не думаете о том, что ваша августейшая любовница избавится и от вас, как только перестанет в вас нуждаться? Или вы рассчитываете, что без вас она не сможет обойтись? Но если у неё хватает глупости полагать, что она сможет сохранить хоть какую-то власть, оставшись вдовой, то и вами она пожертвует за милую душу. Или вы сами планируете избавиться от неё? Тогда ещё неизвестно, кто из вас двоих глупее.

Гирхарт просмотрел список людей, побывавших в доме Орнарена. Почти сплошь коэнцы, но нет ничего удивительного в том, что он водит дружбу со своими. Нет и доказательств того, что это было собрание заговорщиков, а не просто дружеская пирушка. Орнарен осторожен не меньше, чем Эджельстана, прошло полмесяца, но связь с императрицей, — это пока всё, что удалось на него нарыть. Ну да ничего, поймали на горячем дражайшую супругу — поймаем и господина канцлера. Шармас прав, нет человека, к которому нельзя было бы подобрать ключик.

Пока же следовало убрать из Сегейра Каниэла. На вопрос, не следует ли ему навестить свои новые владения, господин советник ответил, что он как раз собирался попросить отпуск, чтобы лично приглядеть за уборкой урожая. Разумеется, таковой был ему немедленно предоставлен, и супруги Лавар уехали в деревню.

Новые факты появились неделю спустя. Шармас продолжал активно искать подходы к прислуге подозреваемых в заговоре, и вскоре один из слуг донёс, что слышал весьма любопытный разговор. Речь в нём шла о вариантах устранения императора. Участники беседы склонялись к яду, но обсуждали и другие возможности. В принципе этого свидетельства было достаточно, чтобы отправить всех их в допросную камеру, тем более что слуга был не рабом, а свободным человеком, за что-то обиженным на своего хозяина. Однако Гирхарту хотелось раздобыть доказательства повесомее. Всё как следует обсудив и взвесив, они с Шармасом решили попытаться спровоцировать заговорщиков на активные действия, чтобы схватить их за руку. Риск, конечно, был, но Гирхарт решил, что игра стоит свеч.