Книга Генрих VIII и шесть его жен. Автобиография Генриха VIII с комментариями его шута Уилла Сомерса, страница 170 – Маргарет Джордж

— Вы порадовали меня, – сообщил я Мору. – И я награжу вас по достоинству.

Честно говоря, он не проявил особой оригинальности, просто и довольно скучно обыгрывая тему «дерьма» и «сортиров».

— Особенно вам удался образ облегчающейся ослицы, – добавил я.

Единственная заслуживающая внимания находка.

— Назначьте пособие Уильяму Россу, дабы конюшни его неизменно очищались от навоза, – ответил Мор. – Прошу вас, не связывайте мое настоящее имя и звание с этой отповедью.

— Но благодаря ей вы сами очистились от тайной скверны – выпустили на волю бесенка, вашу земную, телесную ипостась.

— О да, за это я могу поблагодарить вас, – печально произнес он.

— Грубая брань, ваше величество, – заметил Уолси, глянув на лежавшую на моем письменном столе «Отповедь Лютеру».

— Верно. Я несколько смущен тем, что за меня вступился такой защитник… кем бы он ни оказался.

Уолси понюхал ароматический шарик.

— Вонь литературного дерьма не перебьешь ни корицей, ни гвоздикой, – сказал я, – к сожалению…

— Да уж, нынче все, кому не лень, могут взяться за перо и заказать печатный оттиск, потому-то книжные лавки и заполонили дрянные пасквили. – Кардинал вновь потянул носом. – Слава богу, что вы успели подарить ваш труд папе Льву, а не этому… голландскому выскочке. И что благочестивый папа Лев спокойно почил, не увидев столь мерзкой перепалки и воинственных памфлетов.

Я прикусил губу, стараясь подавить усмешку.

— А чувства папы Адриана вас не волнуют?

На самом деле Уолси питал серьезные надежды на то, что после неожиданной кончины Льва римским папой изберут именно его. Он попытался купить императорские голоса в папской курии. Но избрали все-таки Адриана, епископа Тортосы, который воспитывал нынешнего императора Карла в его отроческие годы. По общему мнению, новый папа был святым человеком, образованным и неспешным, как «тортосская черепаха»^[61], то есть вдвое медленнее обычного.

— Я незнаком с ним.

Уолси не рассказывал мне о попытке подкупа конклава. Но мы с ним продолжали тайно следить друг за другом. Неужели он узнал, что «Отповедь Лютеру» я поручил написать Мору? Надеюсь, что нет.

Пора перейти к насущному делу: для сбора денег в преддверии войны мне пришлось созвать парламент.

Да, Франциск нарушил договор о всеобщем мире, вторгнувшись в Наварру и отвоевав ее у императора Карла. И теперь тот призывал всех участников, подписавших в 1518 году соглашение, наказать нарушителя, как того требовали его условия.

— Какие налоги вы хотите предложить?

— Четыре шиллинга с фунта, ваше величество.

— Это же двадцатипятипроцентный налог! Они ни за что не согласятся!

— Доброе имя нашего королевства стоит большего.

Неужели он утратил разум и чувство меры?

— Нет, так не пойдет. Никогда не просите того, в чем легко отказать. Это создаст плохой прецедент.

Он помотал головой. Его подбородки заколыхались из стороны в сторону.

— Они не посмеют отказать, – произнес кардинал певучим голосом, уместным на торжественных мессах, которые он, кстати, больше не служил.

Не тогда ли у меня зародились сомнения в святости и мудрости папства? Если Уолси могли серьезно рассматривать как претендента на столь высокий сан… О боже, как хорошо, что я успел написать свою книгу в то время, когда моя вера еще оставалась незыблемой.